В Казани обсудили влияние Турции в странах СНГ

Post navigation

В Казани обсудили влияние Турции в странах СНГ

30 сентября 2011 г. состоялось первое заседание Казанского экспертного клуба Российского института стратегических исследований (РИСИ), организатором которого выступил Приволжский центр региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ.

Зседание Казанского экспертного клуба Российского института стратегических исследований (РИСИ)Задачей Казанского экспертного клуба РИСИ является объединение экспертов Татарстана и, по возможности, всего Поволжья для обсуждения и поиска конкретных предложений по ряду наиболее острых и актуальных общественно-политических проблем, с которыми сталкивается регион. Заседания Казанского экспертного клуба РИСИ планируется проводить периодически. Темой нынешнего заседания было «Турецкое влияние на постсоветском пространстве». Мероприятие прошло в формате научной конференции, основной целью которой был анализ внешней политики Турции в отношении стран СНГ с учетом этнополитического и религиозного влияния Анкары на пространство бывшего СССР.

С обзорным выступлением об истории российско-турецких отношений с эпохи Османской империи и до сегодняшнего времени выступил известный тюрколог, заведующий кафедрой новой и новейшей истории зарубежных стран Казанского федерального университета Булат Ягудин. По мнению ученого, сегодня мы можем наблюдать уникальную ситуацию, когда отношения между Россией и Турцией за всю их историю достигли своего наивысшего взаимовыгодного сотрудничества.

 

«Приход исламистов в 2002 г. к власти не только реально улучшил отношения Анкары с Москвой, но и, наоборот, только их форсировал и углубил», — отмечает востоковед. В денежном эквиваленте внешнеторговый оборот между странами достигает 40 млрд. долл., и нет ни одной страны на Ближнем Востоке, с которой у России были бы столь широкомасштабные показатели экономического сотрудничества.

 

Булат Ягудин склонен полагать, что, несмотря на политику неоосманизма, проводимой Реджепом Эрдоганом, Турция при исламистах не стремится к распространению своего политического влияния на тюрко-мусульманское пространство СНГ, как это пыталась делать в 1990-е гг. при кемалистах. «Нынешний турок слишком ленив, чтобы задумываться над идеологической экспансией: турки стараются быть прагматичными, и их отношения с тюркскими республиками СНГ обусловлены сугубо экономической выгодой», — полагает ученый.

Иной точки зрения придерживается руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ Раис Сулейманов, который выступил с экспертно-аналитическим докладом «Этнополитическое влияние Турции на Республику Татарстан в постсоветский период». По мнению эксперта, никаких стратегических планов Анкара в отношении Урало-Поволжья не поменяла: сменилась лишь тактика. При этом исследователь порекомендовал обратить внимание на чересчур участившееся в последнее время приглашение татарской интеллигенции в Турцию на различные научные конференции с одной лишь целью — расположить к себе интеллектуальную часть татарского народа, чтобы у той было комплиментарное отношение к Анкаре.

Свое выступление Раис Сулейманов начал с экскурса в историю татаро-турецких отношений, напомнив, что в самый ответственный момент в истории татарского народа (взятие Казани в 1552 г.) турки «кинули» татар. На просьбу о помощи и поддержке, запрашиваемой Казанским ханством, Османская империя не откликнулась, а турецкий султан Сулейман Великолепный (1495-1566), перед которым расстелилась в своей вассальной преданности крымская династия Гиреевых, узурпировавшая на тот момент власть в Казани, так и не стал помогать «братскому» татарскому народу.

В ХIХ — начале ХХ вв. среди казанских татар началось движение за переселение (хиджру) в Османскую империю. Ряд проосмански настроенных лидеров считали, что татарам нечего делать в «кяферской» Российской империи, и поэтому необходимо переселиться в мусульманские земли, где правит халиф правоверных (на тот исторический период этот титул носил турецкий султан). Однако этот призыв к хиджре в Османскую империю не был массовым, да и в самом татарском обществе не нашел большой поддержки.

 

Великий татарский поэт Габдулла Тукай (1886-1913) высмеивал в своих острых на язык стихотворениях и саму эту идеологию, и просто презирал таких татар, которые искали счастья не у себя на Родине. В этой связи весьма пикантной была ситуация, когда нынешний правитель Турции Реджеп Эрдоган во время своего весеннего приезда в Казань в нынешнем 2011 г., выступая в Казанском университете, цитировал как раз Габдуллу Тукая, не отличавшегося особенной симпатией к туркам.

На закате советской истории в Татарстане наиболее протурецки настроенным было татарское национал-сепаратистское движение. Именно оно ратовало за восстановление и укрепление связей с Турцией. Развал СССР и слабость власти федерального центра уже в постсоветской России позволял региональным феодалам ощущать себя чуть ли не правителями независимых государств. Трудно себе представить ситуацию, когда губернатора какой-нибудь провинции Турции будут на президентском уровне встречать, к примеру, в Москве. Но для 1990-х гг. было нормальным, когда точно такого же главу одной из российских провинций Минтимера Шаймиева встречали на самом высоком уровне в Турции.

 

Соответственно, говорить о том, что Турция не преследовала никаких геополитических целей в отношении Татарстана, достаточно наивно. В ход шло многое, в т.ч. и татарская диаспора Турции, которая активно лоббировала однозначно далекие от чаяний простого татарского народа идеи, например, латинизацию алфавита татарского языка (один из ярых казанских латинизаторов в интервью мне прямо сказал, что мнение рядового населения по этому вопросу его вообще не волнует, ему достаточно точки зрения двух-трех филологов; это к вопросу о том, какие на самом деле демократы все эти националисты).

Турция и правящей элитой, и татарской сепаратистски настроенной интеллигенцией воспринималась как образец, своеобразный эталон того тюркского государства, которое они хотели создать в Татарстане в случае, если он отделится от России. Не на Саудовскую Аравию или Сингапур на тот момент ориентировался истеблишмент Татарстана, а на однозначно прозападное, светское и в то же время тюрко-мусульманское государство, какой была Турция.

Впрочем, экономические проекты со странами Запада, куда ориентировался Татарстан в 1990-е гг. (как ни как, но одни из первых своих заграничных поездок Минтимер Шаймиев совершил в США и Турцию), не всегда были успешными. И история с татаро-турецкой компанией «Татурос» — тому подтверждение.

Но турки мыслили весьма стратегически в отношении Татарстана. Их стратегия заключалась в том, чтобы воспитать новое поколение элиты тюркских республик бывшего СССР, которое будет комплиментарно относиться к Турции и стоящему за ней блоку НАТО. Для этого и были открыты татаро-турецкие учебные заведения (отметим, что были также открыты туркмено-, узбеко-, киргизо- и тому подобные турецкие лицеи; к примеру, русско-турецких лицеев открыто не было, что только подтверждает мысль о неслучайности образовательной политики Турции на постсоветском пространстве в отношении тюркских республик).

 

Дело в том, что татаро-турецкие школы давали действительно качественное образование. Здесь турки подошли стратегически. Ведь через ближайшие 10-15 лет выпускники этих учебных заведений станут предпринимателями или государственными служащими и, благодаря качественному образованию, неизбежно сменят «аграрный» по происхождению истеблишмент Татарстана (и первый, и второй президенты Татарстана, как и очень многие министры республики, являются выходцами из деревни и выпускниками сельскохозяйственных вузов).

 

Выпускники турецких лицеев весьма успешны, предприимчивы, коммуникабельны — турки сумели привить им эти качества. И вот когда именно эти выпускники займут руководящие посты в бизнес- и политической элитах Татарстана, тогда стратегическая цель Турции будет достигнута. А если прикинуть, что уже сегодня даже невооруженным взглядом заметен рост антиправительственных настроений в обществе, то в ситуации возможности массовых социальных потрясений революционного характера дезинтеграционные процессы на пространстве России могут привести к ее распаду. И именно тогда Турции и стоящему за ней блоку НАТО будет крайне важно, чтобы в тюркских республиках России у власти были люди, которые комплиментарно относятся к Анкаре. На эту роль лучше, чем выпускников татаро-турецких учебных заведений, не найти.

 

Татаро-турецкие школы были созданы для того, чтобы воспитать поколение тех, кто будет относиться к Турции и Западу с симпатией. И тот факт, что российские власти пусть поздно, но таки выслали турецких преподавателей (многие из которых, кстати, не имели даже дипломов о высшем образовании, и вот такие люди были учителями!), совершенно правильный ход, только, к сожалению, информационно обосновать это правоохранительным органам не удалось. В глазах татарской национально озабоченной интеллигенции данная мера выглядела и продолжает выглядеть как репрессия. Необходимо было оперативно и заранее объяснить через СМИ причины такого дела, объяснить, что преследовали турки и насколько правомочно было их пребывание в качестве учителей, а не делать это уже после того, когда в татарской национальной среде началась истерия по этому поводу.

Заведующий Отделом истории общественной мысли и исламоведения Института истории Академии наук Республики Татарстан Дамир Шагавиев выступил с докладом о религиозном влиянии Турции на Поволжье. По его мнению, религиозно Турция влияла на тюрко-мусульманские республики тремя направлениями: официальным, нурсистским и суфийским. Официальное направление осуществлялось по линии Духовного управления мусульман Татарстана, турецкого Министерства по религиозным делам, межвузовских и научных связей. Турки проявляют большой интерес к изучению татарского богословского наследия конца XIX — начала XX вв. (джадидизма), уделяя особое внимание трудам татарского богослова Мусы Бигиева (1873-1949).

 

«От нас, татар, — и мы чаще всего слышим это от представителей европейских государств — ожидают новой модели ислама, в частности, исламского образования», — пояснил Дамир Шагавиев. При этом количество татарских студентов-теологов, обучающихся по магистерским программам в Турции, как и получивших там образование имамов, немногим превышает десяток человек. «Это направление у нас не развито», — указал специалист.

Что касается почитателей запрещенных в России трудов турецкого богослова Саида Нурси (1876-1960), а также считающегося продолжателем его дела Фетхюллаха Гюлена (род. в 1941 г.), то, отметил Дамир Шагавиев, «гюленовцы как работали раньше, так и сейчас работают». По его словам, общеобразовательная подготовка в «гюленовских» татаро-турецких лицеях (турецкие преподаватели покинули эти учебные заведения в 2008 г.) действительно была на высоком уровне, при этом никакого давления в религиозном плане на учащихся (в отличие от некоторых государств постсоветского пространства, особенно Центральной Азии) не оказывалось. Сейчас «гюленовское» направление обширно представлено на рынке религиозной литературы. Зайдите в любой магазин мусульманской литературы в Казани, где можно совершенно без проблем приобрести и сочинения самого Гюлена, и его идейных последователей.

Шагавиев определил «гюленовский» ислам как «мягкий ислам», один из вариантов т.н. евроислама. К примеру, в некоторых «гюленовских» учебных заведениях, правда, не в Татарстане, были кружки балета, что для мусульман неестественно. Известно также, что Фетхюллах Гюлен разрешал девушкам не надевать платок, если им из-за этого запрещается учиться в вузе и т.д. В то же время, напомнил Шагавиев, не следует забывать и о влиянии на это идейное направление наследия Мусы Бигиева: «У евроислама, получается, татаро-турецкие корни».

 

Пропагандистами гюленовских идей в Татарстане являются татарские интеллектуалы, среди которых бывший политический советник бывшего президента республики, директор Института истории Академии наук Татарстана Рафаэль Хакимов, который сам является идеологом евроислама, только в Татарстане, главный редактор еженедельной газеты «Звезда Поволжья» Рашит Ахметов, периодически публикующий его сочинения в своем издании, журнал «ДА» и платформа «Диалог Евразия» и связанные с ними татарские писатели и политики.

Последователи различных суфийских тарикатов в Татарстане немногочисленны и не ведут активной миссионерской работы. «У нас много точек соприкосновения, но религиозный турецкий фактор на территории Татарстана широко не представлен, не развернут, не развит», — заключил Дамир Шагавиев.

Начальник Сектора кавказских исследований РИСИ Яна Амелина, доклад которой посвящался отношениям Турции с государствами Закавказья, отметила, что бытующее среди ряда аналитиков мнение об усилении турецкого влияния в регионе и на постсоветском пространстве чересчур завышено. Турки, конечно же, стремятся к усилению своей роли на Южном Кавказе, однако не стоит этого преувеличивать.

В Азербайджане после 1991 г. взяли на вооружение турецкую модель нациестроительства, когда все жители страны объявлялись азербайджанцами, причем это приводило к ущемлению прав талышей и лезгинов. Пропагандируемый в 1990-е гг. лозунг «одна нация — два государства», применительно к турецко-азербайджанским отношениям, на сегодня остался пустым и ничем не подкрепленным лозунгом. Сегодня азербайджанцы, в особенности после ряда реверансов Анкары в сторону Еревана, не особенно афишируют из-за «обиды» на Турцию турецко-азербайджанское братство. Сегодняшний Азербайджан меньше ориентируется на Турцию, стараясь больше наладить отношения со странами Запада, причем, минуя посредничество Анкары.

В грузино-турецких отношениях в последнее время встал вопрос о грузинских церквях на территории Турции (впрочем, армяне считают их армянскими). Однако сегодня не эта тема является наиболее острой в отношениях Тбилиси и Анкары. Невооруженным взглядом видно, что большинство грузинского продовольствия импортировано из Турции, в итоге говорить о продовольственной безопасности Грузии невозможно. Виной тому крах сельскохозяйственной политики Михаила Саакашвили.

В Аджарии сегодня идет процесс христианизации населения, несмотря на то, что сами аджарцы — этнические мусульмане. Прежний национальный лидер Аджарии Аслан Абашидзе принял христианство.

В Южной Осетии в силу ее географического положения никакого турецкого влияния быть не может, несмотря на попытку Анкары буквально после грузино-осетинской войны 2008 г. предложить всем сторонам платформу «Мир и стабильность на Кавказе». Однако дальше слов турки не пошли, и, похоже, что перспектив для ее реализации нет и в будущем.

В Абхазии часть экспертов уверенно заявляют об усилении турецкого влияния, в т.ч. и за счет иммиграции абхазской диаспоры Турции (махаджиры) в Абхазию (в Турции проживает от 400 тыс. до 1 млн. абхазов; в условиях фактического запрета на этническое самоопределение в Турции приходится говорить о столь большой разнице в численности; в Абхазии 100 тыс. абхазов). Госкомитет по репатриации в Абхазии был создан буквально сразу же после грузино-абхазской войны в 1993 г., однако желающих вернуться на историческую родину абхазов было очень мало (всего репатриировалось 700-1000 чел.). Причем имели место случаи, когда многие из махаджиров, пожив в Абхазии, обратно возвращались в Турцию.

 

Здесь стоит отметить, что махаджиры — мусульмане по вероисповеданию, в то время как сами абхазы все-таки себя идентифицируют как христиан. В Абхазии нет мечетей, а новый президент страны Александр Анкваб явно не сторонник исламизации Абхазии. Добавим, что курортный менталитет абхазов весьма болезненно воспринимается теми же махаджирами, склонными к более консервативному исламскому образу жизни.

В отношениях с Арменией у Турции неизбежно встает вопрос о Нагорном Карабахе. В Баку бытует наивное заблуждение, что в случае войны с Карабахом (милитаристские нотки все чаще звучат именно в Азербайджане) турки поддержат азербайджанцев. Турки на это не пойдут уже хотя бы потому, что Азербайджан стремится к использованию силовых методов.

Доклад председателя казанского Общества ревнителей истории Василия Ордынского посвящался ситуации вокруг турок-месхетинцев. Рассказав о происхождении и истории этого народа, исследователь описал его современное положение, рассказав при этом об их поведении в современной российской армии. Поскольку сегодня в вооруженных силах страны имеет место быть проявление этнической дедовщины, исследователь указал, что в зависимости от той этно-региональной группы солдат, которая «правит» в казарме, турки-месхетинцы примыкают к ней: если в воинской части тон задают представители кавказских народов, то месхетинцы примыкают к ним, позиционируя себя тоже как кавказцы, а если воинскую часть «держат», условно, русские военнослужащие, то они не позиционируют себя как кавказцы, а, наоборот, подчеркивают свою российскую общегражданскую идентичность.

Отдельно Василий Ордынский коснулся темы попыток использования общин турок-месхетинцев, в особенности в Краснодарском крае, со стороны турецких спецслужб для своих целей, что, впрочем, не всегда удавалось.

Подводя итог заседанию Казанского экспертного клуба РИСИ, его модератор поблагодарил не только докладчиков, но и пришедших на него участников-зрителей, которые, кстати, весьма активно участвовали в дискуссиях (в частности, с официозного II съезда татарских ученых, проходившего в тот же день, на эту конференцию пришел один из идеологов татарского пантюркизма Рафаэль Мухаметдинов, поделившийся своей точкой зрения, пусть и во многом противоположной многим выступавшим, но заслуживающей внимания как точка зрения одного из деятелей татарского национального движения).

В любом случае необходимость подобных мероприятий крайне велика, поскольку, благодаря таким дискуссиям, есть возможность получить и новую информацию непосредственно от коллег-исследователей, и в то же время подобная площадка крайне необходима для обмена экспертными мнениями. Будем надеяться, что экспертно-аналитическое обсуждение актуальных проблем Поволжского региона продолжится, в т.ч., и через деятельность Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ.

Раис СУЛЕЙМАНОВ,

руководитель Приволжского
центра региональных и этнорелигиозных исследований
Российского института стратегических исследований,
специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение»

 

Источник: http://www.peoples-rights.info

 

Похожие материалы

Ретроспектива дня