В узбекской пустыне есть «море» Айдаркуль и свой «Париж»

Post navigation

В узбекской пустыне есть «море» Айдаркуль и свой «Париж»

То, что человеческая деятельность приносит нашей планете одни неприятности, — факт общеизвестный. Особенно уязвимыми с этой точки зрения являются регионы с дефицитом воды — основы всего живого. Люди, например, с фантастической скоростью умертвили Аральское море, довели до полного убожества озера Чад в Африке и Урмия в Малой Азии. На очереди Балхаш или Каспий?

Однако бывает и так, что в силу стечения обстоятельств, сам того не ведая, человек помогает возникновению жизни там, где до его вмешательства биологическое разнообразие стремилось к нулю. Арнасайская система озер, расположенная на северо-востоке Узбекистана, — один из таких редких примеров.

В узбекской пустыне есть «море» Айдаркуль и свой «Париж»

Несмотря на то что из двух главных водных артерий Центральной Азии — Амударьи и Сырдарьи — расход воды в первой почти втрое больше (2000 против 700 кубометров в секунду), эпицентр экологической катастрофы имел место именно в южном Приаралье. «Благодарны» мы за это должны быть в первую очередь Каракумскому каналу, отобравшему 45% стока реки. Теперь драгоценная вода по этому, давно устаревшему гидротехническому сооружению благополучно уходит в пески и наполняет радующие глаз, но практически бесполезные фонтаны Ашхабада.

Водой Сырдарьи человеку удалось распорядится рациональнее. В частности, в Казахстане понемногу возрождается Малый Арал, где рыбу вылавливают уже тысячами тонн. Однако еще задолго до гибели Аральского моря, а точнее в 1969 году, сильнейший паводок, который случается на этой реке раз в сто лет, заставил власти принять решение начать сброс воды из Чардаринского водохранилища в сторону солончаковой впадины на крайнем востоке пустыни Кызылкум.

Ранее на этом месте располагался солончак Айдар и периодически пересыхающее озеро Тузкан. После того как во впадину было сброшено почти 60% годового стока Сырдарьи, то есть 21 кубический километр, и возникло озеро Айдаркуль. Сбросы производились и в последующие годы, в результате чего перемычка, разделявшая Тузкан и Айдаркуль, была размыта, и в итоге озеро стало вторым по площади водоемом Узбекистана (после безжизненного Большого Арала), а вкупе с Восточно-Арнасайскими озерами — первое.

Впрочем, несмотря на близость Айдаркуля к Ташкенту (на машине можно добраться за четыре-пять часов), Джизаку, Самарканду, Навои, это озеро по-прежнему обжито крайне слабо — оказываясь на его берегах, чувствуешь себя словно первопроходец. Туристический сектор тоже находится здесь в зачаточном состоянии и ограничивается десятком юртовых лагерей на все трехсоткилометровое побережье. Так что для любителей дикой природы и уединения — самое оно.

В узбекской пустыне есть «море» Айдаркуль и свой «Париж»

Северный берег Айдаркуля — это бесконечные песчаные пляжи на границе воды и барханов Кызылкума, южный — гигантские пространства камышей со всем изобилием крылатой фауны, как пернатой (осенью 2008 года Узбекистану вручили сертификат о включении Айдаро-Арнасайской системы озер и 15 прилегающих к ней территорий в Рамсарский список водно-болотных угодий, имеющих в первую очередь значение как место обитания водоплавающих птиц, и придании данной территории статуса международного значения) в виде бакланов, цапель, пеликанов, болотных луней, фазанов, — так и членистоногой. Последняя, но уже наземная, широко представлена по всей окрестности: такие очаровательные создания, как сольпуги и скорпионы, — привычные обитатели этих мест. Во множестве встречаются ядовитые змеи и довольно крупные вараны. Редких желающих увидеть рукотворное море посреди пустыни это обстоятельство, разумеется, не отпугивает, тем более перечисленная живность тоже, как правило, не горит желанием близко знакомиться с людьми. Хотя есть здесь и создания чуть более пушистые, чем фаланга, вроде лис, зайцев, сусликов и даже камышовых котов. Правда, встретить последнего — очень большая удача.

К сожалению, сам Айдаркуль, в отличие от Восточно-Арнасайских озер, пока так и не стал главным рыбным угодьем Узбекистана, несмотря даже на свои внушительные размеры (по объему воды это бессточное озеро в полтора раза превышает Малый Арал, а глубина тут может достигать 25 метров). Специалисты объясняют такую ситуацию тем, что из-за высокой минерализации воды многие виды рыб просто не могут нереститься в Айдаркуле. Тем не менее здесь ловятся сазан, плотва, карась, судак, жерех, змееголов. В 2010 году объем выловленной в общей системе озер рыбы составил 200 тонн.

Когда в конце марта начинается вылет комара-звонца (а эта безвредная для человека букашка роится здесь в таких количествах, что образует целые смерчи), по поверхности идут круги, и из воды выскакивает, иногда во всю длину тела, мелкая рыбешка, охотящаяся на насекомых. Этой рыбешкой улов местных рыбаков весной обычно ограничивается — крупные рыбы вроде сазанов все еще предпочитают держаться на глубине.

Да и вообще ловля рыбы весной — дело по большей части браконьерское, так что порасспросить рыбаков, что там у них имеется в сетях, вам вряд ли удастся — любого чужака, крайне редкого в это время года на берегу Айдаркуля, тут принимают за представителя рыбохраны. Поэтому можно сколько угодно стоять на берегу, ожидая прибытия рыбацких лодок, те будут держаться вдали от берега, разве что вы попытаетесь угнать мотоцикл кого-либо из браконьеров.

В узбекской пустыне есть «море» Айдаркуль и свой «Париж»

На самом деле окрестности озера и их обитатели представляют не меньший интерес для путешественника, чем сам Айдаркуль. С северным берегом все более или менее просто — песчаные барханы, юрты, верблюды, каракурты и прочие услады для томящихся телом и духом обитателей мегаполисов. С южной стороны к озеру примыкает невысокий горный хребет Писталитау, прозванный так из-за обилия произрастающей здесь дикой фисташки, чуть далее находится уже более солидный Нуратау, на вершинах которого снег держится до лета. Между ними расположены еще несколько скальных массивов, самым любопытным из которых представляется отдельно стоящий Ортачеку. Выглядит он так, как будто кто-то взял знаменитую австралийскую скалу Улуру и порубил ее топором, как мясник рубит баранье бедро. В одном из ущелий Ортачеку скромно приютилась святыня Ходжа Богбон ота, устроенная в честь некоего праведного садовника, жившего во времена хорезмшахов.

Основную часть южного приайдаркулья занимает Фаришский район Джизакской области с центром в поселке Янгикишлак. Название этот регион получил от кишлака Фариш. К слову, по мнению некоторых, скажем так, «специалистов», а больше по народному преданию, это название является искаженным топонимом «Париж». Дескать, вездесущий Тамерлан настолько прочувствовал величие свое и своей державы, что решил дать всяким захудалым местечкам вблизи Самарканда названия столиц сопредельных и дальних царств. Так и появились в Мавераннахре и Багдад, и Париж, который позже переиначили в Фариш (спустя сотни лет на российском Южном Урале тоже появились свои Берлины, Парижи и Лейпциги в честь побед над Наполеоном). На самом деле, Фариш — вероятнее всего, искаженное таджикское Порашт («окруженная крепость»).

Сегодняшние «фарижане» и «фарижанки» занимаются в основном выращиванием скота, которого между Нуратау и Айдаркулем великое изобилие, а вот рыба на местных рынках — явление нечастое. Зато повсюду на прилавках встречаются корни дикого ревеня, благо в горах он произрастает в невероятных количествах.

Несмотря на то что Айдаркуль находится совсем в двух шагах, территория между Нуратау и Пистолитау не может похвастаться обилием влаги. Однако подземные воды здесь залегают неглубоко — в некоторых местах в паре метров от поверхности, поэтому местные жители при любой возможности стараются обзавестись собственными скважинами, которые позволяют возделывать поля, выращивать скот, то есть полноценно жить и трудиться.

Завершить этот рассказ очень хочется на оптимистической ноте, хотя ученые и сходятся в том, что общее состояние всей озерной системы, и в первую очередь ее гидрологический режим, не очень стабильное, поэтому оазис, возникший на южной границе Кызылкумов, вполне может постичь судьба других загубленных человеком экосистем. Об этом меньше всего хочется думать, глядя с вершин «фисташкового хребта» на уходящие за горизонт воды Айдаркуля.

Петр Бологов

Источник: https://www.fergana.agency/photos/106219/

Похожие материалы

Ретроспектива дня