Дислокация третьего сектора в общественно-политическом блоке

Post navigation

Дислокация третьего сектора в общественно-политическом блоке

Функционирование общества сродни жизнедеятельности любого организма. Ведь это тоже чрезвычайно сложная, структурированная, взаимосвязанная система. Отсутствие какого-либо компонента, как и нехватка витаминов, например, чревато структурными нарушениями на клеточном уровне. Вследствие этого ни о каком полноценном существовании, а тем более о развитии, говорить не приходится. Современное общество выработало для себя наиболее эффективные методы самоорганизации. В связи с тем, что Украина как государство входит в орбиту демократических порядков, то и логика выстраивания социальной жизни должна соотноситься с идеальными моделями западных обществ.

Народ как единственный источник власти определяет тех людей, которые будут стоять во главе общества. Очень часто перед выборами выходит так, что кандидаты, смело обещая счастье на дурняк для всех и уже завтра, получив доступ к пульту управления, вдруг находят для себя более «полезные» занятия. К тому же все как один пытаются смахнуть с шахматной доски оппозиционные пешки, при этом гасят любую фронтальную критику с их стороны, а еще имитируют процесс воплощения в жизнь всей той обещанной политической абракадабры. Такова природа власти. Понимая это, в чреве здоровых обществ зародилось и сформировалось новое явление — неправительственные организации (NGO — non govermental organizations), или третий сектор. Функции подобных структур могут быть невероятно широкими и разнообразными. Но суть в том, что NGO контролируют и регулируют те процессы, до которых у руководителей руки не доходят, и они выступают в качестве сдерживающего фактора для того, чтобы власть не пускалась во все тяжкие.

Модель общества, в котором функционирует лишь один центр власти и инициатив, работает в ноль. К счастью, понимают это и крымские татары. Жить по всем канонам западных держав для нас еще пока, конечно, фантастика, но уже не за пределами возможного.

В текущем году общественность отметила двадцатилетие со дня рождения первой крымскотатарской организации — Координационного центра по возрождению крымскотатарской культуры. Это было сообщество энтузиастов, специалистов своего дела, которые в свое время выдали на-гора недюжие результаты своего труда. Со временем возникла острая необходимость для консолидации сил уже более широкого спектра людей с четко очерченной специализацией и интересами. Так возникли, например, Лига крымскотатарских женщин, Ассоциация крымскотатарских работников образования «Маарифчи» и др.

Долгое время в нашем регионе третий сектор оставался вне приоритетов развития общества. Это объясняется инерцией в мышлении людей постсоветского периода. Как-то не приходило осознание того, насколько полезным и эффективным могла быть реализация задач деятельности NGO. В зарождении и развитии неправительственных организаций решающую роль сыграли западные демократии. Благодаря инициативе их фондов, а это, прежде всего, фонды Сороса («Вiдродження»), Конрада Аденауэра и др., мы сегодня имеем это чудо. После успешной практики введения фондом Сороса программы интеграции крымских татар, армян, болгар, греков, немцев в украинское общество, а также вследствие вливания в оборот немалых средств, количество общественных организаций перевалило за 100. Сама жизнь диктовала необходимость единения граждан для решения тех или иных задач. При этом пришло осознание того, что в ряду наших приоритетов, помимо культурного аспекта, обязательно должны присутствовать общественно-политические вопросы. Так родились: Фонд исследований и поддержки коренных народов Крыма, Милли Фирка, Координационный Совет общественно-политических сил крымскотатарского народа, Совет старейшин «Намус», «Авдет» и другие.

К сожалению, крымские татары политически не развились до уровня создания полнокровной политической партии. Хотя, к счастью, такие амбиции присутствуют. Политические партии заявлены лишь вслух, но не имеют официального юридического статуса. Собственно для некой легализации их активности эти партии используют формы общественной организации или вообще работают де-факто.

Мы посчитали интересным проследить роль третьего сектора в фарватере общественно-политических событий в жизни крымскотатарского общества.

Итак, худо-бедно, но крымские татары представлены во власти. Вспомним, что в высшем законодательном органе страны — ВР Украины дислоцируется один наш народный депутат — Мустафа Джемилев. Крымские татары представлены депутатами в ВР Крыма. Наши представители функционируют в правительстве Крыма, за крымскими татарами вице-премьер, Рескомнац, комитет по информации. При этом здравствует Милли Меджлис, который именует себя единственным полномочным представительным органом крымских татар. Плюс ко всему выделяется целый спектр общественных организаций различных мастей.

Отложим в нашей системе координат хотя бы последние три года. За это время права и интересы крымских татар категорически должны были быть защищены несколько раз. В первом случае речь шла о принятии закона «О восстановлении прав лиц, депортированных по национальному признаку», во втором — о разработке и принятии Концепции государственной этнонациональной политики в Украине. В водовороте этих событий наблюдался полный пофигизм депутатского корпуса и тотальная отрешенность от вырисовавшихся проблем членов правительства Крыма крымскотатарской национальности. Это говорит о том, что чиновники основательно интегрировались во власть и связаны клейкой лентой с определенными политическими силами, как следствие — потеря самостоятельности. Меджлис на все 100% положился на Мустафу Джемилева. Поэтому этот политический орган глух и нем без своего предводителя. Вспомним, что закон о восстановлении прав крымских татар и других депортированных даже не думали рассматривать на заседаниях Меджлиса. Лишь силы, имеющие свободу действий и взглядов, объединенные в организации, провели общественные слушания, посвященные восстановлению прав депортированных. Их итог показал всю несостоятельность проекта закона, к тому же это помогло привлечь внимание общественности. Организаторы слушаний настояли на проведении круглого стола для обсуждения законопроекта. В конечном счете обсуждение на государственном уровне состоялось и стоит отметить, что докладчиками выступили официальные лица, а содокладчиком был президент Фонда исследований и поддержки коренных народов Крыма Надир Бекиров. И, кстати, народный депутат Украины М. Джемилев в числе содокладчиков не значился, а присутствовал в качестве рядового участника.

Так, заслугой именно общественных организаций, на фоне которых даже Меджлис не мог оставаться в стороне, законопроект в безобразном для крымских татар виде был зарублен на корню.

А вот еще пример: разработка Концепции государственной этнонациональной политики. Сей документ предполагал два принципиально отвратных положения, которые категорически были несовместимы с видением крымскими татарами современной ситуации и своего будущего. Из Концепции вытекало, что, во-первых, крымские татары уже не являются нацией. И, во-вторых, крымские татары, что бы о себе не думали, коренным народом не являются. То, что официальный Киев мог на такое пойти, по большому счету, можно было предположить, это, что называется, не черт из шкатулки. Удивление вызвал факт абсолютного впадения в прострацию членов правительства и депутатского корпуса от крымских татар. Безмолвствовал и Милли Меджлис. Единственными, кто выступили с фронтальной критикой Концепции, были общественные организации. Именно крымскотатарским третьим сектором было принято заявление, подписанное Васви Абдураимовым, Надиром Бекировым и др., выражавшее крайнюю неудовлетворенность документом. Данную позицию осветила «ГК». Несмотря на то, что разработчиком Концепции выступил Держкомнацрелигий — один из учредителей «ГК» и орган, обеспечивающий финансирование издательской деятельности газеты, редакция сочла необходимым всесторонне осветить развернувшуюся дискуссию по Концепции. Кстати сказать, на круглом столе, который провел по этому вопросу Держкомнацрелигий, присутствовал от имени всех национальностей Украины (так получилось) корреспондент «ГК». Огнедышащая реакция со стороны власти последовала незамедлительно. Возглавлявший на тот момент Держкомнацрелигий Юрий Решетников грозился прекратить (незаконно) финансирование «ГК». Редакция заняла принципиальную позицию и заявила о готовности идти на любые жертвы ради торжества свободы слова в Украине. Где были и что делали все это время наши депутаты, чиновники — загадка природы. Где, спрашивается, Постоянная комиссия ВР АРК по вопросам межнациональных отношений и депортированных граждан и Рескомнац? Разве не их прямая обязанность защищать интересы национальностей в Крыму? А может, сами они согласны росчерком пера переименовать крымских татар в украинцев? И готовы сами своим молчанием расписаться под документом, который гласит, что крымские татары не коренной народ Крыма, а неспособная создать свою государственность этническая группа?

Вот вам и наглядный пример того, кто представляет и кто, якобы, защищает интересы крымских татар. И где гарантия того, что крымскотатарское общество к таким манипуляциям иммунно? Ведь недалек тот час, когда все они снова под голубым флагом станут уверять, что они единственно достойны представлять крымских татар во власти и только им наш народ должен отдать свои голоса.

Наряду с этим откровенный накат на «ГК» остро восприняли как представители крымскотатарских NGO, так и рядовые читатели газеты (Руслан Эминов, Февзи Асанов, Мурат Военный, Рефат Джемилев). При этом выступили с заявлениями протеста по поводу упоминавшейся Концепции и в защиту «Голоса Крыма» Милли Фирка, Координационный Совет общественно-политических сил крымскотатарского народа, Совет старейшин «Намус», общественная организация «Койдешлер», «Корпус интеграции» Тимура Дагджи, Фонд исследований и поддержки коренных народов Крыма. Все эти организации направили письма Президенту Украины, спикеру ВР, премьер-министру, СНБО, Генеральному прокурору и другие инстанции с предложением снять Ю. Решетникова с занимаемой должности. Тимур Дагджи, в свою очередь, в знак протеста объявил о ликвидации общественной организации «Корпус интеграции» ввиду бессмысленности содействия процессу интеграции крымских татар в украинское общество. Господина Решетникова вскоре освободили от должности. Таким образом, политика, направленная на фактическое уничтожение «ГК», была общими усилиями сведена на нет.

Ввиду того, что депутатский корпус безмолвствует по отношению к наиболее одиозным попыткам посягательства на права крымских татар (кстати, то же самое делают и члены правительства, а Меджлис вообще потерял дар речи), единственным, кто еще в состоянии отстаивать свой народ, оказался третий сектор — те самые общественные организации. Отсутствие принципиальности у крымскотатарских чиновников (из одной политической силы) по наиболее важным вопросам говорит о крайней необходимости реализации идеи политического многообразия в крымскотатарском сообществе и воплощения этого принципа во властных кабинетах через выборы в местные советы.

Эльвина СЕИТОВА.

«Голос Крыма» № 30 (865) 23 июля 2010 г.

Похожие материалы

Ретроспектива дня