Достоин ли Мустафа Джемилев Нобелевской премии?

Post navigation

Достоин ли Мустафа Джемилев Нобелевской премии?

Полный авторский текст

 

СМИ сообщили о том, что группа зарубежных ученых и политиков выдвинула председателя Милли Меджлиса Мустафу Джемилева на Нобелевскую премию мира.

 Подобные предложения и ранее муссировались в прессе. Эту инициативу считаю необоснованной и абсурдной по своей сути.

 

Джелял ЧЕЛЕБИ, участник национального движения крымских татар с 1955 года, г. СимферопольНапомню, 4 октября 2009 г. в Судаке участники Всенародного собрания заклеймили нынешних поводырей Меджлиса М.Джемилева и Р.Чубарова как деятелей, предавших интересы крымскотатарского народа. На мой взгляд, этот вывод тогда был сделан недостаточно обоснованно, бездоказательно. Поэтому необходимо оценить, насколько весомы деяния М.Джемилева в крымскотатарской общественной жизни, определить его место и роль в национальном движении. Чтобы дать объективную оценку его деятельности, необходимо заглянуть в прошлое нашего национального движения.


Основные, выкристаллизованные идеи движения отображены в Обращениях народа в высшие органы власти СССР. Общенациональное движение было действительно демократичным. Инициативные группы создавались по месту проживания крымских татар, в своих решениях и действиях они были автономными. Но всех их объединяла национальная идея — полная политическая реабилитация крымскотатарского народа, основными пунктами которой были:

— организованное возвращение на свою Родину в Крым;

— компактное расселение в местах исторического проживания;

— восстановление государственности в форме автономии.


Вождей и официально означенных руководителей в национальном движении не было. Подавляющее большинство инициативников были честными, высоконравственными, бескорыстными патриотами. Среди них просматривались признанные народом интеллектуалы — стойкие, принципиальные мыслители. Например, Бекир Османов, Джеббар Акимов и другие. Организации, как таковой, не было, была самоорганизованность участников. Строго соблюдалась присущая нашему народу толерантность и ненасильственные методы борьбы.

Только такая форма организованности национального движения и могла противостоять тоталитарному государству. Это позволяло избегать никому ненужных арестов на «законных» основаниях или попыток подкупа активистов движения со стороны спецорганов. Карательная система в борьбе с крымскотатарским народом ни перед чем не останавливалась, стараясь парализовать нарастающее национальное движение.


Другим, очень важным фактором было то, что изначально категорично отвергалось, — возможность установления для нашего народа в Крыму института культурной автономии.


Я знаю М.Джемилева с 1964 года. Мое первое знакомство с ним произошло в Ташкентской библиотеке имени Алишера Навои в отделе редких книг. Он проживал со своим братом Асаном Джемилевым в доме Ризы Юсупова около Туркменского базара. В юности Мустафа Джемилев занимался историей Крыма, хорошо излагал свои мысли на бумаге, свободно владел арабской графикой. Им был составлен список журнальных статей о Крыме, изданных в послереволюционный период. По его словам, этот список он заимствовал у Марата Омерова, осужденного на 4 года лагерей за попытку создания молодежной организации в 1962 году.


Первый суд над М.Джемилевым состоялся в середине 1960-х годов. Тогда его судили за уклонение от службы в армии. Принципиально не желая служить в Советской армии, он лег на операцию по удалению, якобы, воспалившегося аппендицита, но после выздоровления его опять призвали в армию. За повторный отказ от воинской службы он и был осужден.


Поведение М.Джемилева противоречило принципам нашего национального движения, которое не обсуждало действующую Конституцию СССР, в которой было сказано, что служба в армии является священным долгом каждого гражданина. Крымскотатарское национальное движение осуждало нарушения статей Основного закона страны со стороны государственных органов, насильственно выселивших из Крыма крымскотатарский народ, ликвидировавших его государственность и удерживавших на местах ссылки лишенных всех прав крымских татар, подвергавших народ геноциду и насильственной ассимиляции.


В этом и была сила нашего национального движения, ибо это было правдой, фактом. Для изоляции и наказания активистов национального движения власть, трубившая на весь мир о торжестве демократии в СССР, вынуждена была фабриковать судебные дела против них, продолжая раз за разом грубо нарушать свои же законы. Жизнь тогда уже показала, что попытка создания организации молодежи в Ташкенте правоохранительными органами была расценена как противоречащая действующим законам и завершилась полным разгромом не успевшей еще сформироваться и начать действовать организации.


М.Джемилев в дальнейшем никакого практического участия в национальном движении не принимал и влияния не имел. Напротив, постепенно начали проявляться признаки противодействия основным принципам движения, национальной идее.


В конце 1960-х годов Национальное движение обратилось к высшей власти с осуждением десяти судебных фарсов-процессов над крымскими татарами за участие в национальном движении. Это был материал, изложенный в выдержанных тонах, скрепленный подписями наших соотечественников. Мустафа Джемилев самовольно изменил тот материал, сделав его некорректно резким. То было время, когда он сблизился с отдельными диссидентами, которые не могли глубоко понять и осмыслить принципы нашего движения. Основоположники национального движения опасались подчинения его чуждому влиянию, могущему изменить или умалить изначальную демократическую и стратегическую направленность инициатив народа.


Во второй половине 1980-х годов по инициативе М.Джемилева была образована Центральная Инициативная группа (ЦИГ). По замыслу, якобы, предусматривалось сплочение инициативников для усиления давления на органы власти. На самом же деле нарушались демократичность и заложенный изначально принцип горизонтальных связей между инициативными группами. Создание ЦИГ порождало вертикальную связь и, как следствие, возможность усиления диктата отдельной личности. Развитием этой идеи стало создание в 1991 г. не конституированного Меджлиса, названного представительным органом крымскотатарского народа.


В начале 1980-х годов, после очередного изгнания меня из Крыма, в Ташкенте в доме старейшего деятеля крымскотатарского национального движения Мустафы Халилова я присутствовал при его беседе с Мустафой Джемилевым, который расхваливал программу «Бунда» — дореволюционной еврейской политической организации о культурной автономии. Евреи в Российской империи не имели своей национальной территории, поэтому в свою программу они не могли включить пункт о создании государственности. Для крымскотатарского народа, являющегося коренным народом не только Крыма, но и всего Северного Причерноморья и на протяжении тысячелетий имевшего здесь свою государственность, программа культурно-национальной автономии была неприемлемой.

 

В дальнейшем, внедренный в наше национальное движение, имея очень надежную «крышу» и очень состоятельных покровителей, весьма заинтересованных в ликвидации крымских татар как этноса, М.Джемилев методично, планомерно стал проводить эту отвергнутую нашим народом идею в жизнь. Показательно в этой плоскости его утверждение в «Комментариях» (1988 год), где он вовсю рекламирует программу культурно-национальной автономии, предоставляющей гражданам право получения образования на родном языке, иметь театр, библиотеки, школьные учреждения, музеи, общественные объединения и тому подобные элементы этой институции.


18 октября 1921 г. в Крыму была создана государственность крымских татар в форме автономии в составе РСФСР, ликвидированная в 1945 г. после насильственного выселения крымских татар из Крыма. Декларация Верховного Совета СССР от 14 ноября 1989 г. «О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению и обеспечении их прав» признала репрессии против народов преступлением. Постановление Верховного Совета СССР от 28 ноября 1989 г. «О выводах и предложениях комиссий по проблемам советских немцев и крымскотатарского народа» создало юридическую базу для практического решения проблемы. Государственные комиссии Геннадия Янаева и Виталия Догужиева разработали механизм возвращения крымскотатарского народа на историческую Родину.


Но местная власть отчаянно противодействовала предстоящим мероприятиям. Вместо восстановления прав народа и его государственности старалась содействовать коллаборационистам по созданию элементов культурной автономии: Меджлиса, «Маарифчи», «Инициума» и ряда других управляемых общественных организаций, не имеющих государственного статуса.


Такое положение вещей очень даже устраивало Мустафу Джемилева, ставшего председателем Меджлиса. Оно еще больше устраивало руководителей Украинского государства, старавшихся любой ценой не допустить восстановления коллективных и индивидуальных прав крымских татар. И в это судьбоносное время, когда новая центральная власть, нацеленная на перестройку и серьезные демократические преобразования, на практике начала восстанавливать права нашего народа, группа из партийной номенклатуры, длительное время неоднократно доказавшая свою преданность и надежность утопающей в преступлениях прежней репрессивной власти, наносит предательский кинжальный удар в спину.

 

В 1991 году из Москвы в Симферополь направляется комиссия во главе, если не ошибаюсь, Тарановым. На вопрос Таранова собравшейся аудитории: «Готовы ли вы к восстановлению в Крыму национально-территориальной автономии?», никогда ранее не принимавшая участие в национальном движении партноменклатура дает отрицательный ответ. Спрашивается, кто уполномочил каких-то чубаровых выступать от имени народа, и главное, против его волеизъявления? Червонные, боннэры и иже с ними? У этих «правозащитников» свои планы относительно Крыма, не совместимые и противоречащие волеизъявлению нашего народа.


Члены инициативных групп были снабжены мандатами, регламентировавшими их полномочия основными пунктами Наказа народа. Они закреплялись, удостоверялись подписями крымских татар по месту жительства. Только они могли представлять народ на различных приемах.


У Чубарова провокация впиталась в кровь. Напомню более позднее происшествие. В 1997 году 16 членов злополучного Меджлиса, возмущенные недемократичностью, диктатом Председателя в знак протеста решили демонстративно покинуть зал заседания Курултая. Подогревал страсти и возглавлял протестантов Р.Чубаров. А когда протестанты покинули зал, Чубаров спокойно продолжал сидеть на месте. На возглас одного из делегатов: «Рефат, ты же тоже хотел уйти!», он никак не отреагировал. Протестанты сейчас же были исключены из состава Меджлиса. Таким способом Джемилев и Чубаров избавились от нежелательных элементов в Меджлисе. Здесь Чубаров отлично сыграл роль козла-провокатора. Дело в том, что обычно обреченные на заклание бараны никак не хотят идти в бойню. Тогда во главе отары ставят козла. Бараны за козлом спокойно идут в бойню, где козла через другую дверь отводят в сторону, а баранов режут.


Теперь этот орденоносный провокатор, бывший директор Государственного архива Латвийской ССР (куда нас – «грешных» инициативников — и близко не подпускали), коммунистический верноподданный возглавляет (аж Президент!) «Всемирный конгресс крымских татар».


Однако вернемся к реалиям 1991 года. Получив ошеломляющий ответ Р. Чубарова о невозможности восстановления государственности, Таранов задает другой вопрос: «Какое министерство можете возглавить?».


Присутствовавший здесь же Сервер Омеров, еще один самозванец, прежде в свою бытность долгое время возглавлявший Министерство строительства Узбекской ССР, в кабинете которого составлялось позорно известное «Письмо 17-ти национал-предателей», безуспешно старавшегося перехватить и подчинить себе и властям наше национальное движение (эта попытка была пресечена незабвенным Бекиром Османовым), молчит. То есть, оказывается, в среде крымских татар нет и таких кадров.


Допустим, что сценарий вышеприведенного собрания – идеолого-фактологическая диверсия самозванцев – был расписан заранее. И в этом случае тяжесть вины горе-актеров этого спектакля перед народом не снижается.


Еще раньше М.Джемилев призывал молодежь не слушать ветеранов национального движения, называя их борьбу только лишь петиционной и потому бесперспективной. Но сам М.Джемилев ни в одной манифестации, устраиваемой инициативниками, не участвовал.


Как известно, девизом царизма были: «Крым — без крымских татар!», «Благословенен тот час, когда в Крыму не будет ни одного татарина!». В этом аспекте в результате этнической чистки новой завоеванной территории из многомиллионного населения Крымского ханства к началу XX века сохранилось лишь (и только в Крыму) чуть более 100 тысяч человек. Советская империя полностью претворила в жизнь эти призывы, насильственно выслав в мае 1944 весь народ, почти половина которого погибла в местах депортации. Крымскотатарский народ не примирился со своей участью и, опираясь на свою уникальную систему сопротивления — инициативные группы — начал беспрецедентную борьбу с мощнейшей тоталитарной силой за восстановление своих прав. И после полувекового проживания на чужбине в период горбачевской реформации некоторая часть народа вернулась в Крым.


Реакционным силам, однако, и сегодня неймется. Каждый год накануне дня Памяти и Скорби по погибшим в ссылке 18 мая происходит всплеск антикрымскотатарских публикаций в СМИ, шельмование и даже прямые угрозы. Правоохранительные органы «не замечают» разгула ксенофобии, в то же время под термином «язык вражды» пытаются ограничить гласность, ввести цензуру в крымскотатарские СМИ, например, на критические статьи в газете «Голос Крыма».


В унисон с царским девизом, по всем данным, по инициативе М.Джемилева и негласной поддержке силовых органов государства, внутренней и внешней реакций внутрикрымскотатарская Пятая Колонна начала остервенелую атаку на истерзанный, веками уничтожаемый многострадальный крымскотатарский народ, на его самобытность, самоидентичность, на его язык.


В этом аспекте особой назойливостью отличается редакция газеты «Къырым», развернувшая на своих страницах «дискуссию» о самоназвании нации. На переправе коней не меняют. В любом случае, когда наш народ стал перед национальной катастрофой, поднимать вопрос о переименовании народа ни тактически, ни стратегически не оправдано. К этой проблеме можно вернуться после юридически положительного удовлетворения требований нашего народа, создав специальный исследовательский институт. Переименование народа — отказаться от названия «крымские татары», якобы усложняющего восстановление попранных прав, на практике ведет к разобщению, противопоставлению диалектов, в итоге, к раздробленности и ослаблению движения. Идея переименования народа завершилась на сегодня не созиданием, а разрушением его единства. Принятый до войны за основу литературный язык оказался отодвинутым на задний план.


Использовались и другие методы борьбы с крымскотатарским народом, например — экономическая дифференциация, неизбежная при капиталистической общественной формации.


М.Джемилев, вытеснив активных участников и ветеранов национального движения из Меджлиса, превратил его в клуб для бизнесменов и чиновников, никогда не участвовавших в движении. Они там решают свои бизнес-проблемы. Скажите, какие волевые решения на благо народа могут принять, например, Энвер Абдураимов, Сеитумер Берберов, Садых Табах?.. Они заботятся, в первую очередь, о своих делах и личной выгоде.


Другой пример — высокопоставленный чиновник Бекир Дудаков, делегированный на эту должность Меджлисом, при помощи двух своих подручных (помощников) издевался над пришедшими к нему на прием крымскими татарами, в то же время не забыв двум своим дочерям пробить отдельные квартиры. Для этих дельцов и чиновничьей камарильи, в том числе из Рескомнаца, возвратившимся в Крым благодаря отчаянной борьбе инициативников, открылись широчайшие возможности для личной наживы, позволено властями пинать народ и особенно остервенело тех самых иницитиативников. Это стиль работы коррумпированных меджлисовцев и их подручных.


СМИ уже сообщали о финансовых злодеяниях чиновников, направляемых во властные структуры руководством Меджлиса, разворовывании бюджетных средств, выделенных руководством Украины по Программе обустройства крымскотатарского народа. В этом контексте одной из грандиозных афер меджлисовских главарей было создание «Имдат-банка», куда поступали и бюджетные средства, выделяемые на Программу возвращения и обсутройства крымских татар. По подсчетам экономистов на каждую душу – от грудных младенцев до глубоких стариков – при справедливом распределении этих денег попадало порядка 6500 долларов, что позволяло бы нормально строиться каждой семье. Однако шайка во главе с М.Джемилевым, манипулируя расчетными счетами УКСа (Рескомнаца) посредством частного коммерческого «Имдат-банка» (основной соучредитель – М. Джемилев) и общественной организации «Фонд Крым» (президент – М.Джемилев), незаконно перекачивала в свои карманы предназначенные крымским татарам крупные суммы бюджетных денег. Здесь счет идет уже на миллионы!


По словам сотрудника вышеприведенных структур, пожелавшего остаться неизвестным, под занавес разыгралась следующая сцена. Сначала «Имдат-банк» давал ссуду различным лицам (немалые суммы), затем было объявлено о банкротстве банка, но возврата кредитов не было.


Уцелевшая после хищения часть бюджетных средств (менее 2/3 части) распределялась преимущественно лояльным и поддерживающим Меджлис отдельным лицам и организациям в виде безвозмездной помощи в покупке или распределении построенного жилья. Но надо же подмазать. Почти такой же политизации и дерибану под контролем Меджлиса были подвержены средства, выделяемые по турецкой Программе TIKA. Но имеются и различия. Здесь не обошлось без казуистики: требуют подписаться под записью о том, что деньги выделены в кредит. При этом говорят, что возврата долга требовать не будут. Для чего же нужна такая запись? Ответ прост: сделать крымских татар, получивших помощь, зависимыми от Меджлиса. Это один из ресурсов, которым пользуются для легитимизации Меджлиса.


Зарубежная крымскотатарская диаспора, обеспокоенная экономическим состоянием ограбленного крымскотатарского народа, старалась всемерно помочь репатриантам. Однако эта помощь бесследно исчезала в меджлисовских бездонных колодцах.


Для пополнения своей казны и карманов меджлисовцы пользуются и другими аморальными, преступными методами. Например, возвращающиеся на свою Родину автохтоны, враждебно встреченные крымской колониальной властью, вынуждены были пойти на самострой, пикетировать административные здания, перекрывать транспортные артерии, годами жить в палатках. Часть завоеванных с такими трудностями участков земли для домостроения, меджлисовцы без зазрения совести могут продать другим возвращающимся крымским татарам.


Чета Джемилевых имеет особое, зависимое пристрастие к хищениям народного добра. Так, в 1998 году гуманитарная помощь из Турции была разграблена Сафинар Джемилевой. Как всегда, правоохранительных органов такие мелкие «шалости» криминала не интересуют, если это касается, конечно же, клана М. Джемилева.


По воспоминаниям ныне покойного Решата Джемилева, бывшего закадычным приятелем Мустафы Джемилева, деньги на приобретение билета на поездку Сафинар к находящемуся в ссылке Мустафе дал КГБ СССР.


Решат в поддержку своего друга сделал очень много: составлял обращения, собирал под ними подписи, агитировал за Мустафу… Мустафа, став председателем меджлиса, щедро «отблагодарил» своего приятеля, по приказу Мустафы меджлисовские боевики выбросили Решата из зала заседания Курултая.


Особенно коварным, с далеко идущими последствиями, лишающим крымскотатарский народ и в перспективе иметь возможность выжить и стать хозяином земли своих предков, является вколачиваемый с подачи меджлисовских «теоретиков» в сознание не только нашего народа, и не только всего населения Крыма, Украины, но и зарубежных стран, научно необоснованный и не могущий иметь никакой основы тезис о том, что караимы и крымчаки являются коренным народом Крыма. Абсурдность этого чисто волюнтаристского утверждения достаточно убедительно обоснована в статье «Катерлез, Капсхор, Ак-Мечит, Чуфут-Кале» («Къырым», №21 за 30 июля 2003 г.). Правда, на эту статью последовал немедленный окрик из Меджлиса: первый заместитель Председателя Р.Чубаров порицает главного редактора газеты «Къырым» Б.Мамутова: «Эта статья не соответствует политике Меджлиса». Понятно, какую политику ведет руководство Меджлиса. Ведь именно со времени становления М.Джемилева председателем меджлиса стали муссировать этот тезис.


Крымскотатарский народ, являющийся единственным аборигеном Крыма, я думаю, и диаспоры других народов, живущих в Крыму, не позволят меджлисовцам и их патронам превратить Крымский полуостров во вторую Палестину с ее бесконечными вооруженными конфликтами, человеческими жертвами, страданиями, создать здесь «Крымскую Калифорнию».


В своих докладах и выступлениях М. Джемилев лицемерно применяет, хотя и очень редко, термин «крымскотатарский народ». Так это – поцелуй Иуды. За свою скрытую от общественности идеологическую диверсию он получает щедрые дивиденды.


Крым — национальная территория крымскотатарского народа. Крымские татары — титульная, государствообразующая нация в Крыму, единственный коренной народ Крыма. Кроме него в Крыму нет не только коренного, но и вообще никакого народа, есть только диаспоры других народов. И никто не имеет права продавать иноземцам землю предков крымских татар, продавать Родину.


Общественно-политическая деятельность М. Джемилева сопряжена не только с материально-финансовыми хищениями, идеологической диверсией, разрушением крымскотатарского монолита – преднамеренным разобщением, ослаблением, сведением на нет мощного народного движения, но и с насилием, с людскими жертвами. Например, ближайший пособник М. Джемилева, ныне глава администрации Бахчисарайского района Ильми Умеров предлагал усмирять недовольных и непокорных крымских татар дубинками.


Одним из выдающихся деятелей национального двжения крымских татар был перспективный физик-ядерщик Юрий Бекирович Османов. За активное участие в национальном движении он был неоднократно судим, затем помещен в спецпсихиатрическое учреждение КГБ СССР. После освобождения опять включился в национальное движение, резко критиковал искусственно созданную антинародную структуру «курултай-меджлис». В ответ некоторые меджлисовские деятели повторяли гэбистское обвинительное заключение о том, что Юрий умственно нездоров.


В 1993 году Юрий был убит при невыясненных обстоятельствах. Тело Юрия было найдено явно не на месте совершения преступления. Крымская прокуратура, квалифицировав это преступление как убийство с целью ограбления, привлекла к ответственности двух случайно оказавшихся здесь граждан. По мнению знакомых с этим делом и присутствовавших на судебных заседаниях свидетелей это дело было явно сфабриковано с целью сокрытия истинных исполнителей и заказчиков – у Юрия не было денег. В общем, подозрение о переквалификации политического убийства в уголовное остается в силе.


В связи с этим событием вспоминается другой случай: корреспондент радио «Свобода» в Крыму журналистка Коробова тогда же в эфире выразила свое мнение о том, что это убийство совершенно, возможно, боевиками-бозкуртами. Эта широко разветвленная полиструктурная организация очень влиятельна в Турции. В этом явно политическом убийстве можно подозревать не только «серых волков», возможно, решивших убрать соперника своего М. Джемилева (по словам самого М.Джемилева он по отцовской линии – турок), но и СБУ, Моссад. Не напрасно, видимо, в крымскотатарской среде бытует мнение о том, что М. Джемилев – ярый сионист, занимает в иерархии масонов не последнюю нишу. Во всяком случае, Асан Джемилев, старший брат М. Джемилева, когда я посетил его в 1983 году в Ташкенте, возбужденно старался убедить меня в том, что крымским татарам непременно нужно действовать совместно с евреями. Эдие Джемилева, жена Асана, и сегодня такого же мнения.


После вышеприведенного выступления журналистки Коробой в эфире радтио «Свобода» ее больше не слышно. Видимо, ее уволили.


Другой факт. Айдер Мумджи во время учебы в Ташкенте активно участвовал в крымскотатарских студенческих сходках, собраниях и маевках. Занимался спортом (борьбой). После окончания учебы в институте активно участвовал в протестных манифестациях, устраиваемых активистами национального движения. В 1975 году он переехал в Крым. Женился. Имел богатую домашнюю библиотеку из редких книг, хорошо знал историю Крыма, совместно с женой начал строить новый дом.


В последнее время мы очень редко виделись. Однажды зимой, в стужу, пришел ко мне ночевать и рассказал о своих мытарствах. Видя беспредел меджлисовцев в финансовой сфере, начал собирать компромат на М. Джемилева. Вот тогда и начались его беды. Жена беспричинно начала придираться к нему, выгонять из дома, ножами в обеих руках угрожала ему убийством. Брат жены ударил его жердью, утыканной гвоздями. Раненный Айдер вынужден был уйти из дома, долго болел, ютился в подвалах симферопольских многоэтажных домов. Заняв деньги у знакомых, несколько раз подавал иск по гражданскому делу в суд на раздел имущества. Все решения суда были против Айдера.


Вечером Айдер дал мне почитать большую бухгалтерскую тетрадь. В тетради был длинный список фамилий крымских татар, живущих в селах, расположенных вдоль реки Алма в Бахчисарайском районе, которым меджлисом было выдано как безвозмездная помощь по 25000 долларов каждому.


В то время на такую сумму можно было купить 5-6 домов. Айдер сказал, что большая часть этих денег «откатывалась» назад. Он попросил меня спрятать эту тетрадь у себя. Тетрадь на хранение я не взял, так как сам прятал свои рукописи с научными изысканиями по топонимике Крыма у знакомых.


Утром Айдер ушел, больше я его не видел.


Через некоторое время стало известно, что во время судебного заседания по разделу имущества его теща налетела на него с кулаками. Айдер отталкивает ее от себя, а судья, квалифицировав это происшествие как хулиганство, присудил Айдера к 9-ти месяцам лишения свободы.


Зная, что об Айдере хлопотать некому, я начал поиск: в симферопольской тюрьме его не было, не сказали, куда его этапировали, в симферопольском лагере его также не оказалось.


Затем, если не ошибаюсь, в мае месяце, было получено извещение о том, что А. Мумджи, этапированный в Херсонскую область, скончался в лагере от сердечного приступа. Эта информация представлялась крайне, весьма подозрительной. Поэтому я решил докопаться до истины и выполнить свой долг перед усопшим другом. Начал поиск прямых родственников Айдера, побуждать их возбудить дело по эксгумации трупа, подачу искового заявления на право собственности дома Айдера, поиск адвоката, защищавшего Айдера в суде, судьи, осудившего А.Мумджи, средства на оплату эксгумации и экспертизы останков.


Мои усилия по этому делу никаких положительных результатов не дали. Дочь Айдера от первого брака, испуганно отказавшись от отцовского дома, категорично заявила, что никакого отношения к этому делу иметь не хочет – жизнь дороже.


До сына Айдера от второго брака я не успел добраться, началась настоящая катавасия. То милиция ищет у меня скрывающегося от правосудия какого-то преступника из Днепропетровска, то сбежавшую из зала суда Центрального района города Симферополя женщину, то заведующая поликлиники № 1 ищет у меня больного ребенка (неоднократно), то приходят сотрудники СБУ, не объясняя причину своего визита, то «Крымэнерго» отключает мою времянку от городской сети (на 1,5 года!). Все, что творилось, перечислить невозможно.


В это дело вмешались и Прокуратура, и СБУ, и МВД, и «Крымэнерго», и Киевский районный суд г. Симферополя, и… Всех не перечислить: все они старались ухудшить и без того экстремальные условия жизни.


Было ясно – Айдер не скончался от сердечного приступа, его убили. Один из моих близких родственников, завербованный спецорганами и служивший им осведомителем почти 60 лет, предупредил меня, чтобы я не касался дела Айдера. Это уже было излишним жестом. И без предупреждения было понятно, что мне не дадут закончить свои научные исследования и издать книги. Поэтому я обошел все те места, где до этого побывал в связи с делом Айдера и пояснил, что я прекращаю инициативу по этому делу, продолжать поиск причины смерти Айдера.


Все эти методы давления и принуждения давно известны. Неизвестно другое – где начинается и где кончается в Украинском государстве сращивание криминала с властью? Все перемешалось!


Лет 10 назад, точно не помню, сколько времени прошло с тех пор, председатель Меджлиса, котирующийся в определенных кругах как истинный «правозащитник» и «демократ», созывает редакторов крымскотатарских СМИ и в духе времени тоталитаризма устраивает им Большую Стирку: во вверенных им изданиях печатают неугодные Меджлису статьи. Редакторы виновато молчат. Один только главный редактор газеты «Къырым» Б.Мамутов осмелился возразить: газета не может печатать только односторонние статьи, она обязана печатать различные взгляды и мнения на события. Магнитофонную запись этой головомойки я прослушал в доме ныне покойного Решата Джемилева.


На первый взгляд кажется, что Меджлис, на конкурсной основе организовывая учебу нашей молодежи в престижных турецких вузах, делает полезное дело. На самом деле, происходит оскудение и выхолащивание генофонда народа: наиболее способная и перспективная часть молодежи после окончания учебы остается за границей, возвращаются единицы и те не могут устроиться на соответствующую работу.


В своих радиопередачах из Турции корреспондент Зафер Каратай через каждое предложение, захлебываясь от своих слов, с вожделением произносит: «Мустафа Джемиль Къырым-оглу». Молодой М.Джемилев еще в 1964 году этим прозвищем одарил меня. Я на это не реагировал. Тогда, видимо, он решил это престижное прозвище присвоить себе. А ярый, непримиримый противник крымскотатарского народа, в своих провокационных статьях, откровенно разжигающий внутрикрымскотатарскую (междиалектную) рознь, Сервер Рефатов возвел эту лексему к древнейшему этникону Крыма — киммерийцам (надо же!).


Мания величия сопутствовала М.Джемилеву с раннего возраста и сопутствует ныне. Например, даже в советское время он в кармане носил стартовый пистолет, очень похожий на настоящий, при себе старался иметь телохранителя. Некоторые потакали его капризам. Спрашивается, что стоило КГБ при желании расправиться с десятью телохранителями, а уголовники, как известно, не покушаются на голодранца — с него нечего брать. Мустафуля (кличка М.Джемилева) разбогател позже, в основном, на страданиях, слезах и крови крымских татар.

Даже поверхностный анализ жизнедеятельности М.Джемилева показывает, что его поведенческий стереотип определяется формулой «Из грязи — в князи», по-крымскотатарски: «Балакътакъы бит башкъа чыкъты».


Практическим результатом деятельности М.Джемилева на посту народного депутата Украины (не без помощи руководства Турции) и председателя Меджлиса можно считать: вместо прежнего политически грамотного и активного крымскотатарского народа имеется апатичная не только к происходящим событиям, но и к судьбе своих потомков, дезорганизованная и дезориентированная масса людей у пропасти. Стратегическая политическая линия — требование восстановить национальную государственность, являющуюся единственной возможностью выжить народу в современной сложной обстановке, переведена на рельсы культурно-национальной автономии, ведущей к ассимиляции, деградации и, в конечном счете, к гибели крымскотатарского народа, к гибели как этнической единицы.


Зато создан целый отряд «крестоносцев», имеется и «герой». Коллизия — даже Муфтий Крыма отмечен Крестом. Покойный Юнус Кандымов в своих исследованиях писал о муфтиях Крыма, за предательство интересов народа награжденных царским правительством орденами и медалями.


Члены Меджлиса на критику в свой адрес апеллируют на свою выборность, то есть легитимность. На этот счет наш народ имеет большой опыт, знает, насколько демократичны были и чего стоят современные выборы. На практике большая часть делегатов Курултая назначается сверху, по степени лояльности к Меджлису и лично М.Джемилеву.


Являясь длительное время народным депутатом Украины, М.Джемилев официально не ставил вопрос о реабилитации нашего народа и восстановлении его государственности. Вместо этого он представил на рассмотрение ВР Украины проект Закона «О реабилитации лиц (именно лиц, а не народа?!), репрессированных по национальному признаку». Крымскотатарский народ после его выселения был вычеркнут из списка народов СССР. В законодательных актах современной Украины также нет понятия «крымскотатарский народ». Наш народ поставлен вне закона. На фоне изложенных фактов напрашивается вывод о не только незаинтересованности Мустафы Джемилева в решении нашего национального вопроса, но и его враждебности к крымскотатарскому народу.


Особенно явно это проявилось во время многодневного массового пешего похода нашего народа со всех концов Крыма в Симферополь по случаю 55-летия дня Памяти и Скорби 18 мая в 1999 году, фактически завершившегося ничем. Многие уже тогда усомнились в способности М.Джемилева руководить борьбой народа за восстановление своих прав. Подтверждает это и ознакомление на официальном веб-сайте ВР Украины с законотворческой деятельностью народного депутата Украины М.Джемилева за период с 23 ноября 2007 г. до 1 октября 2008 г., когда четыре его высказывания с места в сумме заняли менее полминуты.


Не имея широкой народной поддержки в Крыму, М.Джемилев пытается подчинить себе крымских татар, рассеянных по всему миру и создает бесплодный «Всемирный Конгресс крымских татар». Но многие объединения диаспор крымских татар отвергают диктат узурпатора.


Логика деструктивных элементов Украинского государства – подавлять и угнетать наш народ и в этой связи препятствовать доставке адресату выделенных финансовых средств вполне понятна и давно известна. Государственные органы, ответственные за соблюдение законности, в этом аспекте бездействуют, то есть молча поощряют преступление. У первых лиц государства – обычно такая же реакция. Ведь 3 августа 2010 года лично президенту В. Януковичу, являющегося гарантом Конституции Украины, было сообщено о разворовывании Программных бюджетных средств. Сомнительно то, что первые лица (и вторые) государства пребывают в неведении о подлинной деятельности М. Джемилева и его подручных.


Насильно навязывающий свой образ жизни мировому сообществу денежный мешок Дяди Сэма (считай, Мировое правительство), видимо, охладил стартовый пыл руководства Регионалов в отношении Меджлиса. Особенно комичным выглядит (конечно же не без ведома Президента) неуклюжий реверанс Премьера В. Джарты перед М. Джемилевым.


Кстати, почему же не наградить М. Джемилева и званием «героя украинских нацистов», ведь он так много сделал для них и на поприще лишения аборигенов Крыма своей национальной территории.


В нашей истории были факты, когда военачальники за определенную мзду предавали национальные интересы. На наших глазах фактически произошло предательство, равных которому не было.


Исходя из вышеизложенных фактов, заявляю: марионетку внутренних и внешних реакционных сил, до сих пор не оставляющих попыток окончательно уничтожить крымскотатарский народ, могли выдвинуть кандидатом на Нобелевскую премию мира либо такие же не доброжелатели крымских татар, какими были небезызвестные руководители «Еврейского Антифашисткого Комитета» Михоэлс, Феферс и другие, либо недалекие, глубоко заблуждающиеся деятели от науки и политики.

Джелял ЧЕЛЕБИ,

участник национального движения

крымских татар с 1955 года

г. Симферополь

 

 

Другие материалы по теме:

ЕВРЕЙСКИЙ КОНГРЕСС ПОДДЕРЖИВАЕТ  С МЕДЖЛИСОМ ТЕСНЫЕ СВЯЗИ

КУКЛЫ И КУКЛОВОДЫ

НАДИР БЕКИРОВ: ДЛЯ ПРЕМИИ ДЖЕМИЛЕВУ НЕТ ОСНОВАНИЙ

КРОШКА ЦАХЕС — ЖИЗНЬ ПОЧТИ ПО ГОФМАНУ 

 

Похожие материалы

Ретроспектива дня