И если завтра мой язык исчезнет…

Post navigation

И если завтра мой язык исчезнет…

…я понял, что меня излечит

Не врач, не знахарь, а родной язык.

И если завтра мой язык исчезнет...

Кого-то исцеляет от болезней

Другой язык, но мне на нем не петь,

И если завтра мой язык исчезнет,

То я готов сегодня умереть.

 

Я за него всегда душой болею,

Пусть говорят, что беден мой язык,

Пусть не звучит с трибуны ассамблеи,

Но, мне родной, он для меня велик…

Расул Гамзатов

 

9-10 октября в Универсальной научной библиотеке им. И. Франко в Акмесджиде (Симферополе) состоялась Международная конференция: «Крымская школа»: перспективы и модели многоязычного образования».

 

По мнению инициаторов, проект направлен на решение проблем в сфере образования, на создание трехъязычного пространства, где три основных языка будут якобы употребляться на равных.

 

Концепция многоязычного образования «Крымская школа» предусматривает:

 

 — обучение на трех языках и обучение трем языкам плюс иностранный;

 

 — добровольность и альтернативность многоязычного образования;

 

 — постепенность введения классов и групп;

 

 — создание комфортной трехъязычной среды.

 

Тем не менее ни организаторы конференции, ни докладчики не донесли до аудитории главного — каким образом в школах или классах будет достигнуто мультилингвальное «равенство» в изучении и преподавании на трех или более языках.

 

Крымскотатарский язык признан исчезающим языком. За двадцать с лишним лет ни крымские власти, ни Министерство образования АРК не стремились в должной мере разрешить проблемы вернувшегося на родину народа в сфере образования. Народ, сформировавшийся на своей родине, приравняв к национальному меньшинству, лишили права получить образование на родном языке. Родной язык наших детей принудили изучать факультативно, словно чужой, никчемный.

 

Вместо того, чтобы с принятием Закона Украины «Об основах государственной языковой политики» поднять проблему сохранения, развития и изучения исчезающего крымскотатарского языка, а в дальнейшем создания системы образования на родном языке, строительства дошкольных, школьных учреждений в местах компактного поселения крымских татар, подготовки учителей-предметников, нам предлагают «экспериментальный» проект мультилингвального образования.

 

К сведению, эксперимент многоязычного образования осуществлялся над тремя поколениями крымскотатарских детей школьного возраста в местах депортации и в предшествующие двадцать лет в Крыму (1944-2011 гг.). В итоге имеем стремительно исчезающий родной крымскотатарский язык.

 

История не учит

 

«ГК» постоянно обращает внимание читателей на проблемы образования на родном языке, в том числе на историю образовательной политики в Крыму («ГК», №22, 1 июня 2012 г.).

 

Знание прошлого убережет нас от совершения ошибок, поможет принять правильные решения в сфере образовательной политики в нынешнее сложное время.

 

Возвращаясь к изложенному в предыдущей статье, хотелось лишь добавить, что в период российского колониального ига (1783-1917 гг.) к 1883 году, когда активную просвещенческую деятельность с изданием газеты «Терджиман» развивает выдающийся общественно-политический деятель и гуманист И. Гаспринский, крымскотатарский народ, загнанный в подавляющей своей массе в сельскую глушь, выживавший на клочках общинных и арендуемых вакуфных и помещичьих земель, за вековой период иноземного порабощения («къара асыр») построил и содержал 33 медресе и 296 сельских мектебе.

 

Зачастую мектебе представляло собой одну большую комнату с сенями, плохо освещаемую, где учащиеся, сидя на войлоках, домотканых ковриках, учились писать, считать на родном языке, читать Коран. Учителя содержались общиной, зажиточными сельчанами. Налоги же, собираемые с крымскотатарского населения (так называемый «татарский сбор»), расходовались на содержание крымскотатарского конного полка, воевавшего за «веру, царя и отечество».

 

С падением «тюрьмы народов» — Российской империи, затем с захватом власти большевиками, созданием Крымской АССР за двадцать предвоенных лет (1921-1941 гг.), несмотря на пережитый голодомор 1921-1923 гг., массовые репрессии и уничтожение интеллигенции, народу удалось-таки вновь, отремонтировав старые и построив новые, открыть 371 школу с крымскотатарским языком обучения. Из них: 279 — начальных, 68 — неполных средних и 24 — средних школ (сравните с показателями 1884 года).

 

Издавались, хотя и не в полном объеме, учебники и методическая литература на родном языке, учителя-предметники для национальной школы подготавливались в пединституте (Акмесджид) и Ялтинском педучилище. И хотя подавляющее число начальных школ свидетельствует о хронической недостаточности средств, кадров, учебной литературы, тем не менее они являлись базисом, залогом дальнейшего успешного развития среднего и высшего образования, что возможно лишь при наличии государственности у народа.

 

Национальные начальные школы, дошкольные учреждения (ясли, детские сады) также являлись мощным, надежным заслоном от русификации и ассимиляции.

 

Осуществив массовые репрессии 1937-1938 годов, обезглавив и парализовав сопротивление народа, власти, в 1938 году в качестве ответственных мер насильно навязывают кириллический алфавит, а русский язык вводят обязательным предметом в национальные школы.

 

Таким образом, на начало войны крымскотатарский народ, насчитывавший почти 20% численности населения полуострова, в тяжелейших политических, социально-экономических условиях 1920-1930 годов ХХ века (голодомор, коллективизация, массовый террор — борьба с «буржуазными националистами», «велиибраимовщиной»), благодаря самоотверженной, героической борьбе национальной интеллигенции, руководства автономии (В. Ибраимов, И. Тархан, М. Кубаев и др.) создал таки систему образования на родном языке, заплатив за неотъемлемое, законное право жизнями сотен, тысяч лучших своих сыновей и дочерей.

 

Война — геноцид

 

В ночь с 23 на 24 августа 1939 года в Кремле в обстановке строжайшей секретности два преступных, тоталитарных режима — нацистский и большевистский, заключив Пакт о ненападении, развязали Вторую мировую войну. Последующие почти два года (1 сентября 1939 — 22 июня 1941 гг.) сталинисты, оказывая всемерную военную, экономическую (поставки сырья и продовольствия), дипломатическую помощь союзникам-нацистам, терзали народы и государства Европы.

 

22 июня 1941 года бывшие союзники, вероломно напав на СССР, уже в ноябре 1941 года овладевают почти всей территорией Крымского полуострова. Оккупация длилась два с половиной года — с ноября 1941 по апрель 1944 года. Сталинский режим, в 1939 году предавший советских граждан, интересы народов, населявших СССР, виновный в развязывании мировой бойни, а затем в 1941 году в нападении на страну союзников-нацистов, в ходе войны 1943-1944 гг., в свою очередь, инкриминирует это тяжкое обвинение целым народам, в том числе и крымским татарам. 18 мая 1944 года наш народ подвергся депортации на Урал и в Среднюю Азию.

 

Крым заселяют переселенцами, земля, имущество депортированных передается в безвозмездное пользование. Сотни крымскотатарских школ экстренно перепрофилируют в школы с русским языком обучения. Целое поколение (1944 — середина 1960-х гг.) детей переселенцев школьного возраста получит образование на родном русском языке в бывших крымскотатарских школах. С преодолением последствий войны, становлением экономики с середины 1960-х гг. постепенно в сельской местности отстраивают новые школы, а старые (крымскотатарские) передают под культурные учреждения, жилье, конторы и т. д.

 

В отдельных населенных пунктах бывшие национальные школы и по сей день используются в качестве школ с русским языком обучения (Симеиз, Кутлак, Акмесджид и т. д.). В местах же депортации два поколения (1944 — 1980-е гг. ХХ в.) дети-крымские татары школьного возраста, лишенные возможности получать образование на родном языке, учились в основной своей массе в русских, отчасти в узбекских школах.

 

В ответ на массовые требования возвращения народа на родину в 1968 году власти открывают отделение татарского языка и литературы на филологическом факультете Ташкентского государственного педагогического института им. Низами, а в программы школ в местах компактного проживания вводится факультативное изучение родного языка и литературы.

 

Именно тогда, в условиях насильственного удержания народа в местах депортации, закладывается мина замедленного действия — дискриминационная ассимиляционная политика, последствия которой стали реальностью уже сегодня на родине — в Крыму.

 

Цель — выжить

 

В конце 80-х годов ХХ века народ поднялся в обратный путь — на родину, преодолевая ожесточенное тотальное сопротивление крымских властей всех уровней. Процесс массового возвращения совпал с распадом Страны Советов, падением экономики, дикой инфляцией, массовой безработицей. Борьба шла за каждый квадратный метр родной земли, затем были годы строительства жилого дома, работа, обеспечение семьи.

 

В таком бешеном темпе промелькнули двадцать лет, на родине выросло новое поколение, в подавляющей своей массе не знающее родного крымскотатарского языка. Сложилась парадоксальная ситуация — наши дети изучили и изучают в школах русский, украинский, английский (прямо отличники мультилингвального образования), а вот родного языка стесняются, сторонятся. Это не вина родителей и детей, это результат деятельности политиков от образования.

 

С самого начала в ответ на требования возродить национальные школы и пединститут (по опыту периода существования Крымской АССР) власть заявляла, что в бюджете средства ограничены. За более чем двадцать лет благодаря энтузиазму и самоотверженности педагогов и родителей удалось открыть лишь 15 школ (большинство в приспособленных зданиях), тогда как за аналогичный период 1921-1941 гг. была открыта 371 школа с крымскотатарским языком обучения.

 

Крымская власть, обустраивавшая в Крыму в 1944-1980-х гг. свыше миллиона послевоенных переселенцев, за 40 лет накопившая колоссальный опыт их обустройства, создания инфраструктуры, в ситуации с крымскими татарами фактически самоустранилась, в лучшем случае внедряла в жизнь и навязывала «опыт», наработанный в местах депортации (введение факультативного изучения родного языка, подготовка лишь педагогов-филологов). Несмотря на масштабное разгосударствление и приватизацию, ни одно из зданий прежних школ не возвращено крымскотатарским школьникам.

 

Народ загнан на клочки земли размером в восемь соток и не обладает ресурсами, экономическим потенциалом для строительства детских садов, школ для своих детей. Так что же делать? Этот извечный вопрос преследует и нас.

 

Вопрос жизни и смерти

 

Народ существует до тех пор, пока живы носители языка. С гибелью языка исчезнет самобытная культура — поэзия, литература, искусство. Поэтому на современном этапе национальная идея крымских татар заключается в возрождении системы дошкольного и школьного образования на родном языке. От воплощения в жизнь общенациональной идеи зависит главное — погибнет или сохранится народ на родной земле. Если захотим выжить, работы хватит всем — ветеранам, молодежи, педагогам, интеллигенции, всему народу. Возрождать школу необходимо по европейским стандартам, то есть по принципу «1+2».

 

На Барселонском саммите ЕС в 2002 году главы государств и правительств приняли решение о внедрении в образовательные системы принципа «родной язык плюс два иностранных».

 

Следуя европейскому принципу, в национальной школе будут изучаться с раннего детства родной (крымскотатарский) плюс украинский (государственный) и иностранный (английский) языки. Это и есть как национальная, так и мультилингвальная система образования, позволяющая сохранить родной язык и изучать углубленно два языка, необходимых для поступления в вузы Украины, ЕС. При желании ребенок может изучать факультативно русский, но не за счет родного языка.

 

Где взять средства?

 

Мы строим Европу в Украине, планируем строить национальные школы по европейским стандартам. Так и помочь решить проблемы финансирования могли бы правительства ЕС. Для обращения за помощью к Украине и ЕС могла бы послужить площадка международного форума, созываемого Меджлисом крымскотатарского народа, на котором «вопрос жизни и смерти» народа — возрождения национальных дошкольных и школьных учреждений в местах компактного проживания крымских татар мог быть включен в числе основных, приоритетных.

 

Ибраим АБДУЛЛАЕВ,

Газета «Голос Крыма», № 44 (982) от 02.11.2012 г.

Похожие материалы

Ретроспектива дня