Как это все начиналось…

Post navigation

Как это все начиналось…

К 20-летию создания Координационного центра по возрождению крымскотатарской культуры

В этом году исполняется двадцать лет, как в Крыму был создан Координационный центр по возрождению крымскотатарской культуры (ныне его преемником является Крымскотатарский фонд культуры АРК). Мы пригласили в редакцию «Полуострова» тех, кто стоял у истоков этого доброго начинания: замминистра культуры и искусств АРК, кандидата искусствоведения Исмета Заатова, директора Крымскотатарской республиканской библиотеки имени Исмаила Гаспринского Айдера Эмирова, известного художника, члена Национального союза художников Украины, автора проекта «Крымский стиль» Мамута Чурлу и нынешнего главу Фонда культуры, преподавателя Симферопольского музыкального училища им. П.И.Чайковского Ридвана Аединова.

СНАЧАЛА — АВТОНОМИЯ, ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ — ПОТОМ…

Исмет ЗААТОВ: — Я вернулся в Крым в июне 1979 года. Долгое время искал работу, зарабатывал на жизнь музыкой, и только в феврале 1988 года удалось устроиться по специальности — младшим научным сотрудником в областной краеведческий музей. И вот эта моя маленькая комнатушка в старом здании музея по улице Пушкина, 18 стала определенным штабом, где встречались представители крымскотатарской интеллигенции, прибывающие на родину. Одним из первых меня посетил тогда Айдер Эмиров. Затем подтянулись и другие. Вскоре образовалась небольшая группа единомышленников, мы постоянно встречались, собирались, думали с чего начать деятельность по возрождению крымскотатарской культуры на Родине.

В конце концов пришли к мнению, что необходимо легализоваться, создать объединение и получить официальный статус. Сказано — сделано. В феврале 1989 года мы провели учредительное собрание, приняли устав. Так в Крыму образовался Координационный центр по возрождению крымскотатарской культуры. Причем первое собрание было сорвано. Помню, в Доме политпросвещения на Павленко, 2 тогда собралось очень много народа. Какие только слова нам не пришлось выслушать. Не успели мы открыть собрание, как в зале поднялся жуткий гвалт, кто-то истошным голосом кричал: «Позор!»…

«ПОЛУОСТРОВ»: — А почему поднялся гвалт и чем были вызваны протестные настроения аудитории?

И.З. — Нам говорили: «Баллар (парни), что вы делаете, у нас ведь не сегодня-завтра автономия будет, свое министерство культуры, зачем вы ерундой занимаетесь? Власти только этого и хотят, чтобы крымские татары существовали в таких вот узких рамках, вне власти, на уровне культурных, общественных организаций»… Мы же были убеждены в том, что после полувекового забвения в деле возрождения нашей культуры нельзя терять ни минуты. Нужно было с чего-то начинать и делать то, что можно сделать уже сейчас, сегодня, готовя основу для будущей национальной автономии.

Айдер ЭМИРОВ: — На том собрании я в зале сидел, среди людей. Они кричали: «Сначала автономию, больше нам ничего не надо! Все остальное мы потом сами сделаем!». Таким образом, первое собрание было провалено. Второе проходило уже в краеведческом музее, в спокойной конструктивной обстановке. Мы избрали правление и председателя, которым стал Исмет бей.

ПЕРВЫЕ ШАГИ И ПЕРВЫЕ ПРИОБРЕТЕНИЯ

И.З. — И двух сопредседателей (по факту — заместителей) — Айдера Эмирова и Анифе Ильяс къызы Сеитумер, помните такую? Поскольку я был чересчур мобильным «кочевником», все время в движении, по конференциям мотался, всегда на месте у нас был Айдер бей. Первое время ему приходилось почти каждый день ездить в Симферополь из Сарабуза, где он тогда жил. Более полугода проработал без всякой оплаты… Потом нас поддержали и другие видные деятели культуры.

Мы как думали? Давайте начнем, а когда вернутся в Крым наши маститые писатели, композиторы, артисты — отдадим инициативу им, отойдем на второй план, а они доведут дело до логического завершения. Мы активно включились в работу по подготовке первой научной конференции наших ученых, поддержали театралов, работали в комиссии по отбору будущих актеров крымскотататрского театра. Спасли от сноса памятник архитектуры, здание бывшего мектебе-рушдие, где сейчас располагается Крымскотатарская библиотека имени Исмаила Гапсринского. Тогда в нем и прилегающих постройках располагались дирекция горбыткомбината и правление Красного креста.

А.Э. — Сначала мы добились помещения под библиотеку на ул. Ленина, 23. Потом мы попросили запустить нас хоть куда-нибудь на Самокиша, 8, чтобы у нас был свой уголок. Нам дали комнату, с крысами… Ту, где сейчас склад Лиги крымскотатарских женщин. А потом уже мы начали по комнатке, по комнатке расширяться…

Ридван АЕДИНОВ: — Я включился в новосозданную организацию в 1989 году по приглашению Талята Джеппарова. Было правление из семи человек. Каждый работал по своему направлению и каждому давались конкретные поручения.

Мамут ЧУРЛУ: — Хочу подчеркнуть, что после депортации это была первая в Крыму официальная общественная организация крымских татар, которая занималась вопросами культуры и даже политики. Все, кто приезжал в Крым, мог прийти в эту легальную общественную организацию, руководители которой сумели «отвоевать» здание под нее в самом центре Симферополя. Сегодня это кажется просто фантастикой! Надо отдать должное Исмету Заатову, который сумел найти и сохранить это здание. Вокруг Центра начала «закручиваться» вся наша культура. Потом уже каждый отдел стал отпочковываться, организовываться самостоятельно: там театр пошел, там музыка, там образование… В этом здании кого только по началу не было! И ОКНД, и Меджлис, и «Маарифчи», и Лига женщин. Много лет размещались ансамбль «Къырым» и Ассоциация крымскотатарских художников. Здесь же квартировали Крымскотатарская картинная галерея, музей, выставочный зал и редакция газеты «Авдет». На этой территории впервые зазвучал «Голос Крыма». Сегодня можно сказать, что КЦ (так мы называли наш Координационный центр) был своеобразным родником, истоком многих культурных явлений в современной истории нашего народа.

«НАВЕРХУ» ЕСТЬ МНЕНИЕ…

И.З. — Здесь же были организованы первая выставка, первые театральные мероприятия, научные конференции… Февзи Якубов тоже сюда пришел. 19-21 марта 1991 года мы вместе с руководством национального движения крымских татар и крымского облисполкома организовали первую Международную конференцию, приуроченную к 140-летию со дня рождения Исмаила Гаспринского. Впервые после 1926 года в условиях еще СССР нам именно в Крыму удалось собрать всю научную элиту тюркского мира. Спасибо всем, кто нас тогда поддержал, в первую очередь, Татьяне Красиковой, которая была председателем Оргкомитета конференции, а также руководителям и специалистам управления культуры Крымского облисполкома (ныне это Министерство культуры и искусств АРК). Тогда же мы заложили закладной камень под будущий памятник Исмаилу Гаспринскому, оградили территорию. Теперь на этом месте стоит памятник нашему величайшему соотечественнику. Открыли первую памятную доску на здании 1-ой гимназии, где он учился. Переименовали часть ул. Набережной в ул. им. Гаспринского — это самое красивое место в Симферополе!

Были установлены первые международные связи. Сейчас этим занимается Меджлис, а когда-то все, кто приезжал в Крым из-за рубежа, в первую очередь обращались к нам.

Во время той конференции по нашей инициативе впервые был пущен чартерный рейс «Стамбул-Симферополь», на котором прилетели из Турции 44 ведущих ученых тюркологов.

«ПОЛУОСТРОВ»: — Общественность, конечно же, по достоинству оценила ваше усердие?

А.Э. — Во время последней сессии конференции отзывает меня с Исметом Заатовым в сторону один из руководителей ОКНД Шевкет Кайбуллаев и говорит: «Молодцы, ребята, хорошо поработали. «Наверху» есть мнение, что вы достойны быть принятыми в члены ОКНД» (смеются).

ЧТО ВЕЗЕМ? ДА, ТАК… ЭТО НАШИ ДЕТСКИЕ СКАЗКИ…

«ПОЛУОСТРОВ»: — Кстати, а где вы находили ресурсы под вашу деятельность?

И.З.: — Почти все безвозмездно делали, на энтузиазме… Хотя и в те сложные времена находились спонсоры. Например, на выпуск первого после депортации литературного журнала «Салгир» пять тысяч рублей выделил директор первого крымскотатарского совхоза «Аграрный» Ахтем Типпа. Крымские татары из Ленинграда Рашид Ягья и его брат помогали. Кое-какие деньги удавалось получать по линии Госкомнаца. Но это было позже. А вот в 1989-91 гг. практически все делалось на энтузиазме, от души. Первые книги для библиотеки мы с Айдер беем «на своем горбу» привезли из Стамбула. Это сейчас легко: сел на пароход или самолет, и ты в Стамбуле. А тогда из Турции мы добирались в Крым поездом с пересадками в Софие и Москве. Сорок коробок с книгами практически вручную приходилось разгружать и загружать на таможнях, перетаскивать со станции на станцию.

А.Э.: — Хорошо в Софии нас встретили ребята — местные турки. Мы ночь переночевали в джами. А время было голодное. Нас угощали распаренным засохшим хлебом, чуть-чуть политым растительным маслом. И мы это ели, больше ничего не было…

Помню, пришли на площадь, там стоял памятник Ленину, весь облитый красной краской, а на груди у него было написано: «Хочу в Москву!». В Болгарии тогда революция была в полном разгаре. Эти ребята-турки помогли нам сесть в поезд «София — Москва». Только переехали границу — проверка, разгружайте книги опять!

И.З.: — Таможня! Книги на турецком. Специально пригласили пограничников-гагаузов. Мы им стали говорить, что тут книги — бизим китаплар: Амди Герайбай, Шевки Бекторе, Бекир Чобан-заде… Очень переживали за книги Джафера Сейдамета «Базы хатыралар». Таможенник спрашивает: «Это что за книги, о чем?». Айдер бей не растерялся и отвечает, да, так… это наши детские сказки. Одним словом, обошлось тогда. Ведь это был декабрь 1990 года в СССР!

М.Ч.: — В феврале 1990 года в Симферополе была организована первая Всесоюзная выставка крымскотатарских художников. Тогда возле Обкома компартии пикеты стояли, крымские татары земли добивались и прописки. Масса людей эту выставку посетила. Выставка имела тогда очень большое политическое значение. На нее приходил первый секретарь обкома Николай Багров со своей командой из партии… Они воочию увидели высокий художественный уровень и оригинальный стиль живописи наших мастеров, который значительно отличался от существующего в Крыму изобразительного искусства. Для местных руководителей того времени выставка стала полным откровением и дала им достоверную наглядную информацию о том, кто едет в Крым. Они увидели, что в Крым возвращается не сброд какой-то, а народ с развитой своеобразной культурой. Я думаю, это сыграло свою определяющую роль в дальнейшем развитии событий в Крыму. Выставка поднимала дух представителей нашего народа, которые стояли здесь же, рядом с выставочным залом, в пикетах. Для многих из них было откровением узнать, что оказывается, есть у нас не только музыканты, но и свои художники… В свою очередь, приехавшие из Средней Азии художники смогли понять, что они востребованы на своей родине. Выставка послужила началом их возвращения в Крым. После открытия выставки Исмет Заатов организовал поездку в д.Озенбаш. Мы поехали в горное крымское село и в первый раз в жизни увидели старые крымскотатарские дома, крымский лес, горы … Все, о чем нам с детства рассказывали наши родители.

Справедливо будет сказать, что слова «в первый раз» применимы к большей части организованных Координационным центром мероприятий. Для крымских татар, которые находились за пределами Крыма, деятельность центра создавала мощную притягательную силу.

Р.А.: — А Дервизу вспомни!

М.Ч.: — Да, это было незабываемое грандиозное мероприятие!

И.З.:— 8 июня 1990 года мы решили провести в Буюк Озенбаше Дервизу, как патриотическое, объединяющее народ мероприятие. Мы сами не ожидали такого большого наплыва народа! Машины перекрыли все дороги, такие пробки были. Кто мог, и стар и млад… многие туда приехали. Не смотря на организационные огрехи, случившиеся по нашей неопытности, Дервиза-байрам сыграл огромную объединяющую роль.

«БЛАГОВЕСТ», ШЕВЬЕВ И АНСАМБЛЬ «КЪЫРЫМ»

И.З.: — В том же, 1990 году, был создан Крымскотатарский фольклорный ансамбль «Къырым». Кстати, он появился на свет благодаря деньгам частного капитала, одного совместного предприятия… Как-то, один из самых известных в то время предпринимателей Крыма Владимир Шевьев пригласил меня и сказал, что мы хотим помочь вашей культуре. Мы сейчас выделяем деньги на создание хора «Благовест», предлагаю и вам создать фольклорный ансамбль. Я, как директор, обратился к Диляверу Бекирову (тогда он работал директором театра) с предложением стать художественным руководителем ансамбля, он согласился, и мы начали с нуля собирать коллектив. Пригласили танцевальную группу из Таджикистана и Узбекистана, откликнулись Ремзие Баккал, Мунир Аблаев, Джемиле Османова и другие. На должность музыкального руководителя пригласили Сервера Какуру, который и сегодня руководит ансамблем. Так родился ансамбль «Къырым». Затем мы помогали Али Османовичу Алимову создавать ансамбли «Учан-Су» и «Фиданлар»…

А.Э.:— Мне кажется, что Шевьев пошел на этот шаг потому, что тогда как раз начинал совместную деятельность с крымскими татарами Турции…

МОСКОВСКИЕ ПРИЧУДЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ ВЫШИВКИ

М.Ч.: — Хорошо помню поездку в Москву, в Фонд культуры, который возглавлял тогда академик Дмитрий Лихачев. Мы рассчитывали получить там хоть какую-то материальную поддержку. Каково же было наше разочарование, когда перед самой встречей с президентом фонда к нам подошел некий старец и сказал: «Только деньги не просите». Там мы устроили тогда небольшую выставку и концерт. И именно там мы впервые познакомились с Зулейхой Бекировой. Я в то время думал, что у нас искусство традиционной вышивки уже безвозвратно утеряно… И вдруг на нашем пути встречается женщина, которую в далекие 1930-е годы как молодую талантливую вышивальщицу знаменитая Полина Яковлевна Чепурина отправила учиться в Москву. Зулейха выучилась в лучшем художественном вузе того времени у лучших преподавателей и художников. К часу нашего знакомства сама уже маститая Бекирова преподавала вышивку во Всероссийском училище прикладного искусства в Абрамцево. Она, на наше счастье, досконально знала практически все о крымскотатарской традиционной вышивке. От и до… Координационный центр нашел деньги, пригласил ее в Симферополь, организовал курсы, на которых Зулейха Бекирова обучила группу наших женщин всем секретам золотошвейного мастерства. Ее ученицы теперь могут обучать всех желающих подлинным народным технологиям. В принципе, был положен основательный фундамент для восстановления целого вида народного декоративно прикладного искусства.

Р.А.: — Активизировалась деятельность Центра и в сфере образования, в самом начале это направление деятельности курировала тогда кандидат, ныне уже доктор наук Зарема Сейдаметова. Под патронатом Центра мы стали отправлять за границу на учебу нашу талантливую молодежь. В 1990-м в Казань 10 человек поехало, в 1991-м удалось отправить молодежь обучаться в Баку, Литву и Турцию. Через год, — еще одну группу. Тогда были строгий отбор и экзамены.

РЕФАТ ЧУБАРОВ СТАЛ ЭКСПЕРТОМ В КУЛЬТУРНОМ ЦЕНТРЕ

И.З.: — Делалось немало полезных и нужных дел. Координационный центр взял на себя решение всех посильных проблем в области культуры, искусства, образования — всего этого направления. То есть в каком-то смысле мы разгрузили от целого ряда проблем наших политиков, лидеров, которые предпочитали заниматься чистой политикой.

Да что говорить, если многие наши политики на первых порах числились у нас в штате. Например, Рефат Чубаров — экспертом, а Сафинар Джемилева — специалистом. Нужно особо отметить, что на том этапе Координационный центр во всем получал поддержку Мустафы Джемилева, а он — поддержку КЦ. И даже все приглашения и документы первого Курултая 1991 года заверялись печатью Координационного центра по возрождению крымскотатарской культуры.

Р.А. — Еще один момент . По договоренности с диаспорой группа детей в количестве 45 человек в возрасте от 12 до 16 лет впервые поехала в Турцию знакомиться с этой страной. После этого особенно активно пошло движение по обучению в Турции, это был мощный толчок к налаживанию тесных связей с нашей диаспорой. Дети были расселены в шести городах: Стамбуле, Эскишехире, Конье, Полатлы, Анкаре и Бурсе. Они жили в семьях, завязались дружеские связи. Все это очень помогло в нашей работе, когда мы проводили отбор молодежи для обучения в Турции. В дальнейшем ассоциация «Маарифчи», которая в свое время отпочковалась от нашего центра, взяла на себя эти функции и продолжает вести эту работу до сих пор.

М.Ч.: — Я считаю, что в первые годы массового возвращения крымских татар КЦ сыграл исключительную по своей важности и значимости роль. Я не знаю, есть ли подобные аналоги в истории других народов. Великое дело делалось небольшой группой единомышленников-энтузиастов, оно заложило основу всей современной крымскотатарской культуре, которая, на мой взгляд, развивается очень динамично.

И.З.: — Роль КЦ можно сравнить где-то с ролью бывшей учительской татарской школой в Симферополе начала 20 века. И даже больше. Для народа это был маяк, свет, к которому все стремились.

Тогда в одной из ведущих крымских газет была опубликована статья «Координационный центр берет на себя функции Министерства культуры». И это соответствовало действительности того периода.

В 1994 году, с приходом на пост председателя Юнуса Кандымова, с целью расширения возможностей Центра, его преобразовали в Крымскотатарский фонд культуры.

ОБДЕЛЕННЫЕ ОДАРЕННЫЕ ДЕТИ

А.Э.: — Понятно, не все получилось, что мы задумывали. Например, по сей день так и не создан лицей для одаренных детей. Кстати, эта идея была поддержана Юрием Ивановичем Горбуновым, который тоже был членом правления КЦ. На наших заседаниях он раз за разом пытался вернуть нас к этой теме: «Ребята, если вы хотите подумать о будущем своей нации, немедленно возьмитесь за создание лицея для одаренных детей»… Не получилось у нас это, к сожалению… Но проблема до сих пор стоит очень остро, потому что если бы мы тогда создали лицей, сегодня были бы необходимые кадры. Кстати, недавно этот вопрос в «Полустрове» поднимался вновь, он по-прежнему актуален и ждет своего решения.

«ПОЛУОСТРОВ»: — Вот задача, решение которой мог бы взять на себя нынешний Фонд культуры…

М.Ч.: — Действительно, уровень многих специалистов сегодня весьма низок, некоторые зачастую сами не понимают, что они делают и чем должны заниматься. И не случайно возник вопрос. Нужен такой лицей. Чтобы конкурировать с другими народами, нам нужно быть на очень высоком уровне во всех областях.

И.З.:— Проблема есть, и она не решена. Никакой дядя, ни из Министерства культуры, ни еще откуда-либо, ни Президент, ни Премьер-министр не научат и не подскажут: в своей национальной культуре делайте вот так и у вас сразу будет уровень. Многим нашим творческим коллективам и их руководителям, на мой взгляд, не хватает мотивации для профессионального роста. Это надо в них пробудить, но палкой этого не сделаешь.

И еще один нюанс. Мы боимся друг друга по делу критиковать, боимся обидеть того или иного руководителя, думаем про себя: у него есть семья, дети, родственники… Иногда нам очень сильно мешает наша внутринациональная корпоративность, а в интересах дела надо суметь и через это переступить.

«ПОЛУОСТРОВ»: — Что нужно для того, чтобы такая мотивация появилась?

И.З.: — Мотивация есть всегда, она присутствует, но нужны хорошие здоровые амбиции наших профессионалов. Ведь наше искусство эксклюзивное, очень яркое и занимает достойное место на карте национальных культур мира. Просто нужно его представлять на высоком профессиональном уровне. Для творческого поиска и роста нужно найти время, если надо — жертвовать повседневностью, меньше думать о том, как заработать много-много денег… Настоящие творческие личности сами определяют и сами ставят перед собой планку, которую им хотелось бы достичь и преодолеть. У самых талантливых на это иногда уходит вся сознательная жизнь. Есть ли среди нас такие?..

Почему наши коллективы в Европу не приглашают? Раньше мы туда при помощи диаспоры не раз попадали. Были и в Европе, и в Турции… Но мы там стали не интересны, всегда одни и те же, и все одно и то же и на том же среднем уровне. Хотя при здоровых амбициях, подкрепленных талантом, мастерством и высокой самоотдачей, придут и мировая слава, и деньги. Пример — творческая биография музыканта Энвера Измайлова.

КОГДА УХОДИТ РОДНОЙ ЯЗЫК…

А.Э.: — Мне кажется, есть еще одна большая беда, которая сегодня уже начинает сказываться, а завтра скажется еще больше. Уходит язык крымскотатарский, а вместе с ним — народная литература и культура. А если культура, в том числе изобразительное и музыкальное искусство, не будет питаться живым родным словом, фольклором — успехов мы никогда не добьемся, а создаваемые «шедервы» будут недоброкачественными.

Я согласен с Исмет беем, у нас совершенно отсутствует критика почти во всех областях, кроме политики. А критики литературной, музыкальной, театральной — нет совершенно. А без критики развития быть не может. Поэтому имеем то, что имеем… И как только мы начинаем всерьез размышлять и говорить о высоких планках, тут же появляется кто-нибудь из нашей же среды, который говорит: «Я биз бир авуч халкъмыз, да?» («Так нас же так мало?»). Но это не оправдание нашей общей инертности. Скажите, в какой сфере крымские татары сегодня хорошо известны в мире? Ни в футболе, ни в шахматах, ни в искусстве, нигде у нас нет каких-то ярчайших личностей с мировой известью.

Если бы двадцать лет назад нам удалось создать национальный лицей для одаренных детей, картина, уверен, была бы совершенно иной. Если сегодня не создадим — через двадцать лет, может быть, будет и поздно.

«ПОЛУОСТРОВ»: — Так, может быть, опять есть необходимость создания некого Центра по оценке ситуации, определению стратегических направлений развития разных сфер культуры и выработке конкретных путей решения существующих национальных проблем?..

Подготовили: Васви АБДУРАИМОВ, Лиля КАМИЛОВА

«Полуостров» №8 (312) 27 февраля — 5 марта 2009 г.

 

Похожие материалы

Ретроспектива дня