Куда направлен новый вектор отношений России и Узбекистана?

Post navigation

Куда направлен новый вектор отношений России и Узбекистана?

Как менялись российско-узбекские отношения в постсоветский период, что произойдет после октябрьского визита Путина и нужна ли Узбекистану АЭС? На эти вопросы ответил аналитик Алексей Волосевич.

Октябрьский приезд Путина в Ташкент журналисты назвали «прорывным» в узбекско-российских отношениях. Действительно, он оказался громким: и из-за небывалой представительности российской делегации, и по количеству заключенных и анонсированных экономических договоров, и в связи с объявлением о начале строительства АЭС.

Однако Алексей Волосевич задается вопросом: если встреча на высшем уровне дала столь ощутимые результаты, что мешало развивать взаимовыгодные связи раньше, не теряя драгоценного времени, и что мешает сейчас?

И так ли уж необходима Узбекистану дорогостоящая атомная станция, как уверяют узбекские и российские власти?

Куда направлен новый вектор отношений России и Узбекистана?Зигзагообразные отношения

На протяжении последней четверти века узбекско-российские отношения складывались зигзагообразно – от едва ли не полного «замерзания» на рубеже тысячелетий к кратковременным оттепелям и новым периодам охлаждения. Первого президента РФ Бориса Ельцина Средняя Азия и Казахстан, судя по всему, вообще не интересовали.

Зато Ислам Каримов хорошо потрудился, чтобы вконец испортить взаимные отношения.

В 1996 году он лишил русский язык статуса официального, фактически приравняв его к иностранному, а в конце 1990-х негласно распорядился уволить этнических русских с руководящих должностей (за исключением тех, где их некем было заменить).

В 1999 году по его инициативе Узбекистан даже вступил в ГУАМ — организацию, имевшую ярко выраженную антироссийскую направленность.

Своего пика разлад с Россией достиг в начале 2000-х. После террористической атаки в Нью-Йорке и последовавшего за ней ввода натовских войск в Афганистан президент Узбекистана попытался было сблизиться с Западом, чтобы извлечь из этого какую-то выгоду, и даже согласился ввести конвертацию. Но поскольку европейцы и американцы настоятельно требовали соблюдать права человека, уже в 2003-м стал отдаляться от них тоже, а позже свернул и валютную реформу.

Внезапное сближение и новый откат

Внезапное сближение с Россией произошло не в 2005, как пишут многие, а в 2004, причем по внезапному и необъяснимому желанию самого Каримова. Примерно в то же время поползли слухи о якобы задержанном в России самолете с золотом его старшей дочери Гульнары.

После периода тесной «дружбы», последовавшего за андижанскими событиями 2005, когда узбекский президент выдворил американскую военную базу и вышел из ГУАМ, вновь начался откат.

При полном равнодушии руководства России Каримов все больше и больше от нее дистанцировался (тем более, что условный Запад намеками стал выражать сожаление о слишком бурной реакции на Андижан и поэтапно снял все санкции).

И если в 2006 году Узбекистан вступил в ЕврАзЭс, то в 2008 году приостановил свое членство в этом объединении; если в 2006 восстановил членство в ОДКБ, в 2012 вновь его «заморозил».

В дальнейшем отношения только ухудшались, причем на 95% по вине Ислама Каримова

Внешне это выражалось:

  • в переименовании русских, а затем и просто неузбекских топонимов,
  • в сносе памятников солдатам Великой Отечественной войны,
  • в запрете на открытие центров по изучению русского языка в регионах Узбекистана,
  • в выявлении и заключении российских «шпионов» (правда, сажали и американских)
  • в рассчитанных на внутреннюю аудиторию речах антироссийского характера.

Филиалы некоторых российских компаний подверглись захвату, например, «Вимм-Биль Данн» и «МТС», к чему власти РФ опять-таки отнеслись с потрясающим безучастием.

Правда, «Лукойл», «Газпром», «Россельмаш», «Ростех» и кое-какие другие гиганты все-таки ухитрялись вести в Узбекистане свою работу.

При этом, по официальным данным, Россия находится на первом месте по объему денежных переводов в Узбекистан, в РФ работает более 2 млн узбеков. Но Каримов никогда ничего не делал, чтобы защитить их права, предпринять какие-то меры к улучшению их положения, а Путин никогда не грозил пустить в ход этот рычаг давления.

Попытки сближения

В то же время оба президента понимали, что вялотекущее экономическое сотрудничество не соответствует возможностям двух стран, и время от времени делали попытки к его улучшению.

В декабре 2014 года президент России совершил государственный визит в Ташкент, во время которого списал Узбекистану долг в $865 млн, а Каримов туманно пообещал подумать о возможности вступления в зону свободной торговли.

Тогда же было объявлено о намерении достроить радиоастрономическую обсерваторию на плато Суфа. Ее сооружение началось еще во времена СССР, а после распада советского государства было остановлено. Но все разговоры об экономическо-тарифной интеграции завершились ничем.

Если отбросить словесную шелуху, виной тому две основные причины: монополизация поставок импорта (продовольствия и товаров) в руках правящей семьи и свободная конвертация для нее же.

Образно говоря, Узбекистан, страну с 32-миллионным населением, можно сравнить с зоной, в которую разрешается завозить продукты питания для продажи только определенному кругу лиц, они же имеют возможность переводить выручку в валюту для новых закупок (это огромные деньги).

Свободная торговля, то есть вступление в любое объединение, подразумевающее ее наличие, а также введение конвертации для всех подрывали бы«семейную» монополию, уничтожали бы курицу, несущую золотые яйца.

По этим причинам улучшения происходили лишь по узким направлениям. Например, в апреле 2016 года, когда в Москве с официальным визитом побывал Каримов, президент России подчеркнул темпы роста экспорта узбекских овощей, фруктов, винограда и цитрусовых:

«На 10% выросла в целом общая поставка из Узбекистана, а (…) по некоторым овощам – до 10 раз (…). По винограду – в 20 раз, по цитрусовым – в 54 раза. (…) Думаю, что и для ваших сельхозпроизводителей это тоже большое подспорье – осваивать такой большой рынок, как российский».

Осенью того же года Каримов скончался.

К власти пришел Мирзиёев, после чего вроде бы обозначился новый этап отношений

В отличие от своего предшественника новый президент не строил из себя спасителя, освободившего узбеков от вековечного ига, он начал налаживать отношения со всеми соседями, вконец испорченные при Каримове.

В Узбекистане торжественно отпраздновали День Победы, перестали снимать вывески на русском языке, вернули кое-какие памятники и кое-какие названия.

Что изменилось при Мирзиёеве

5 апреля 2017 года состоялся первый официальный визит Шавката Мирзиёева в Россию в качестве президента Узбекистана. В Кремле его встретили с большим размахом.

Путин лично познакомил своего гостя с известными банкирами, бизнесменами, министрами

Были подписаны:

меморандум о проекте разработки Тебинбулакского месторождения титаномагнетитовых руд в Узбекистане с организацией сталелитейного производства,

соглашения между банками двух стран и экспортно-кредитным агентством России по софинансированию инвестиционных проектов;

соглашения о сотрудничестве при строительстве медно-обогатительного комплекса на условиях «под ключ»;

по строительству металлургического завода в Ташкенте;

по организации совместного производства сельхозтехники,

договоры на поставку в РФ плодоовощной продукции, а в Узбекистан российской нефти и, возможно, экскаваторов.

Новый руководитель Узбекистана выразил благодарность российскому президенту за намерение поставить памятник Исламу Каримову в московском сквере. Осязаемыми итогами встречи стали 55 меморандумов, бизнес-контрактов и других важных документов на сумму в $16,5 млрд.

По словам Шавката Мирзиёева, России и Узбекистану наконец удалось завершить длившиеся почти 10 лет переговоры по соглашению, регламентирующему привлечение в РФ трудовых мигрантов.

Кроме того, была достигнута договоренность об открытии авиасообщения между Москвой и Самаркандом (самолеты уже летают).

А 16 октября 2017 года случился визит делегации Чеченской Республики во главе с Рамзаном Кадыровым. О подписании каких-либо документов ничего не сообщалось.

Тем не менее, особенного сближения опять-таки не происходило. Во-первых, Мирзиёев объявил себя продолжателем политики «великого человека». Во-вторых, все монополии перешли под контроль новых хозяев страны. Именно поэтому конвертация и прочие подобные реформы были заявлены, но не доведены до конца и теперь тихо спускаются на тормозах.

После некоторых движений Узбекистан снова окукливается и если и пропускает инвестиции, то только под гарантии заинтересованных правительств – например, Китая, Южной Кореи, Турции.

Многие бизнесмены мира могли бы вложить свои деньги, но отсутствие обмена валюты и гарантий собственности препятствуют этому

Что касается российской политики, она непоследовательна и отражает импульсивные порывы самого Путина: сегодня о чем-то громогласно объявляется, завтра это уже забыто.

Октябрьский визит Путина

18-19 октября 2018 российский президент совершил свой очередной визит в Ташкент (первый официальный с момента нового переизбрания – уже на третий срок) по приглашению президента Мирзиёева.

Наблюдатели сочли странным, что Путин не удосуживается почаще заезжать в Узбекистан –

страну, третью по численности населения на постсоветском пространстве (а лет через 15, возможно, и вторую), и пятую-шестую в мире по величине русскоязычной общины. Планомерные поездки хоть и понемногу, но помогли бы решить многие важные вопросы, улучшить условия и координацию экономического сотрудничества.

Поездке предшествовало подписание договора о взаимном использовании воздушного пространства военной авиацией двух государств.

Понятно, что не узбекские самолеты собираются летать над Россией, а, скорее, наоборот

Конспирологи тотчас же заподозрили планы русских по вмешательству в афганские дела: например, по снабжению оружием талибов, вытесняющих ИГ с территории это страны и одновременно воюющих с американцами. В действительности, скорее всего, это пропагандистский ход, призванный продемонстрировать мировой аудитории новую «победу».

В канун прилета Путина в Ташкенте прошел первый совместный образовательный форум «Новые кадры — для новой экономики», на который прибыли около 80 руководителей ведущих российских вузов. В настоящее время в институтах и университетах России учатся более 25 тыс. студентов из Узбекистана. В ходе мероприятия было подписано соглашение об открытии нескольких филиалов российских высших учебных заведений.

А в центральной части Москвы состоялось открытие памятника президенту Узбекистана Исламу Каримову. Владимир Путин прокомментировал это событие так:

«Ислам Абдуганиевич много сделал для развития российско-узбекских отношений, хотя мы знаем, что на долю первых руководителей пришелся очень тяжелый период становления государства. И это естественно, что мы думаем об увековечении памяти Ислама Абдуганиевича. У меня с ним были добрые личные отношения».

Загадки АЭС

Главной частью визита стало совместное объявление двух президентов о начале строительства атомной электростанции в Навоийской области Узбекистана. Проект предполагает возведение двух энергоблоков с реакторами общей мощностью 2,4 мегаватта по образцу действующей Нововоронежской АЭС-2.

Первый энергоблок планируется запустить до конца 2028 года, второй – одним-двумя годами позже

С вводом АЭС в эксплуатацию в конце 2020-х — начале 2030-х она должна стать второй по мощности электростанцией Узбекистана, после Сырдарьинской ТЭС (3050 МВТ), дающей около трети потребляемой в стране энергии.

АЭС сможет производить чуть менее четверти всей энергии, которая, по расчетам, будет вырабатываться в республике ко времени запуска обоих реакторов.

Площадка для ее строительства официально опять «не определена»

О ее предположительном размещении было объявлено 9 октября на конференции в Ташкенте с участием российской госкорпорации «Росатома» и МАГАТЭ (Международное агентство по атомной энергии). Причем заявлялось, что она будет построена возле Тудакульского водохранилища – в Навоийской области, в 30 км от Бухары (станции необходима вода для охлаждения реакторов). Ранее местом ее возможной дислокации называлось озеро Айдаркуль.

Сайт пресс-службы президента России сообщает, что АЭС будет строиться в Навоийской области, соответствующее межправительственное соглашение было подписано еще в сентябре. Это значит, что возможны оба варианта — и Айдаркуль, и Тудакуль. Первое наполовину, а второе полностью располагаются в Навоийской области.

Неизвестна и стоимость будущей станции

Сейчас говорят об $11 млрд (такую цифру назвал помощник президента России Юрий Ушаков), но мы прекрасно помним, что раньше шла речь о 14 и 13 млрд – это два годовых бюджета Узбекистана.

Следует понимать и то, что при строительстве разного рода дорогостоящих объектов их стоимость имеет тенденцию возрастать иногда вдвое-втрое. Нельзя исключать, что вначале она преднамеренно занижается, чтобы не будоражить общественное мнение, а потом «незаметно» вырастет.

России выгодно, а Узбекистану?

В любом случае, России строить АЭС выгодно: сегодня «Росатом» монтирует 36 энергоблоков в 12 странах мира. Но выгодно ли это для Узбекистана?

Решение о строительстве, фактически о покупке атомной станции, было принято в короткие сроки и очень узким кругом лиц без общественного обсуждения и даже без широкого уведомления по правительственным каналам. О нем сообщили лишь аккредитованные в Узбекистане российские агентства и полуофициальные СМИ.

Как оказалось, главы государств договорились еще в прошлом году, но заявление об этом прозвучало из уст президента Шавката Мирзиёева только 19 апреля 2018 года. После чего местные СМИ время от времени стали тоже упоминать о грядущем строительстве. Разумеется, в сугубо положительном ключе.

В мае было объявлено, что площадка уже выбрана и вскоре местные компании вместе с «Росатомом» приступят к сооружению АЭС. По словам главы «Росатома» Алексея Лихачева, выбор места для строительства нового объекта стал известен после переговоров «Росатома» с президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым и премьером Абдуллой Ариповым, которые назвали им площадку в Навоийской области.

Заместитель директора Института ядерной физики Академии наук Узбекистана Ильхом Садыков в интервью агентству «Спутник», опубликованном 15 октября, перечислил основные критерии выбора места размещения атомной станции.

«В итоге мы остановились на территории около озера Тудакуль, на границе Бухарской и Навоийской областей. Это место отвечает всем необходимым для возведения АЭС параметрам: наличие источников технической и питьевой воды, близость жилой инфраструктуры, максимально близкое расстояние до высоковольтных линий электропередачи и удобные железнодорожные и автомобильные магистрали».

Что касается безопасности, по его словам, район будущей АЭС находится в восьмибалльной сейсмической зоне, в то время как

реакторы нового поколения способны выдержать подземные толчки силой до 9 баллов по шкале Рихтера

«Выбранная нами площадка отвечает всем требованиям, которые предъявила нам госкорпорация «Росатом», — приводит агентство слова И. Садыкова.

Между тем раз в несколько десятилетий в Узбекистане случаются сильнейшие землетрясения

Сами бухарцы высказываются категорически против строительства АЭС возле их города. Помимо понятных опасений, еще и потому что Тудакульское водохранилище – единственное загородное место отдыха горожан и единственный источник пресной воды. Водохранилище Куюмазар, откуда она берется на городские нужды, это часть Тудакульского.

Однако их никто и не спрашивал.

Выбор места дислокации станции продолжает оставаться секретом, словно это не касается граждан Узбекистана

Хотя есть и другие обширные водоемы: например, озеро Сарыкамыш. Ближайший к нему город Дашогуз гораздо более удален от него, чем Бухара от Тудакуля.

Нужна ли Узбекистану АЭС?

Во-первых, потребности Узбекистана в электричестве нигде не озвучиваются — трудно сказать, намеренно или нет. Никто не знает, сколько необходимо энергии, чтобы полностью обеспечить страну, еще оставалось бы на продажу.

Очевидно, что сейчас ее точно не хватает – многие города (Самарканд, Хива) и даже целые области республики вечерами погружаются во тьму, свет включают лишь на пару часов — утром и вечером, чтобы люди могли приготовить ужин и набрать воды с помощью электронасосов.

Зато, внимание: экспорт электричества в 2017 году возрос на 23,6% — в восемь раз больше, чем увеличилось само ее производство!..

Во-вторых, руководство Узбекистана не предоставило гражданам никакого финансового обоснования необходимости строительства атомной электростанции. Не публикуется никаких раскладок, объясняющих, сколько стоит энергия, вырабатываемая ТЭС (на газе) или ГЭС (на воде), и сколько будет стоить за счет строительства атомной станции. Ничего нет: ни «за», ни «против», вообще ничего.

В-третьих, обратите внимание, что никто из властей и подконтрольных им СМИ не говорит о потенциальных опасностях и побочных явлениях, только успокаивающие высказывания. Более того, правительство постаралось: «Узатом» и «Росатом» подписали меморандум о взаимопонимании по вопросам формирования позитивного общественного мнения в отношении атомной энергетики в Узбекистане.

Другими словами, все возражения планируется утопить в потоке пропаганды. Это говорит о личной заинтересованности в строительстве представителей высшей власти. На чем она основывается, нам остается только предполагать.

Хотелось бы получить ответ руководства страны на такой, например, вопрос:

возможно ли достичь подобного прироста производства энергии за счет поэтапного развития уже существующей энергетической отрасли,

путем постепенного наращивания мощностей ТЭС и ГЭС? Какая энергия для страны выйдет дешевле – полученная за счет возведения АЭС или на газе?

Подвижки есть

В целом итоги пребывания российской делегации в Узбекистана выглядят впечатляюще. Можно признать, что двусторонние связи действительно переживают период развития. По данным Госкомстата Узбекистана, за три квартала 2018 года объем взаимной торговли Узбекистана с Россией составил $4,178 млрд. В этом плане РФ уступает только Китаю ($4,429 млрд), который несколько лет назад перегнал ее и стал главным экономическим партнером Узбекистана.

Особо быстрыми темпами растут поставки сельхозпродукции в Россию. Узбекские производители получают за это хорошие деньги, а россияне – фрукты и овощи по доступной цене. Благодаря договоренностям Москвы и Ташкента по созданию так называемого зеленого коридора за шесть месяцев этого года экспорт вырос более чем на 70% по сравнению с аналогичным периодом 2017 года.

Взаимовыгодное сотрудничество проявляется и в другом. В апреле компания Лукойл ввела в строй в Бухарской области крупнейший в стране Кандымский газоперерабатывающий комплекс, а в декабре 2017-го началось строительство Джизакского НПЗ (генподрядчик – Enter Engineering, основным акционером которой является «Газпромбанк»).

Но если внимательно присмотреться, мы увидим, что достижения в области поставок бахчевой и плодоовощной продукции – это просто доведение до нормального уровня искусственно сниженного при Каримове потенциала. И он может вырасти в разы, в десятки раз. В качестве основных инвесторов выступают сырьевые компании либо те, кому велело придти российское государство, то есть это разные промышленно-энергетические гиганты.

Сближение двух стран на экономически-хозяйственной ниве, хоть и небольшими шажками, но происходит, несмотря на возможное преувеличение действительных достижений.

Выведение Узбекистана из каримовского тупика – дело непростое, и любые шаги в этом направлении, пусть даже самые маленькие, следует только приветствовать.

Источник: https://365info.kz/2018/11/zigzagoobraznye-otnosheniya-rossii-i-uzbekistana-kuda-napravlen-novyj-vektor/

Похожие материалы

Ретроспектива дня