Состоится ли как государство Кыргызстан?

Post navigation

Состоится ли как государство Кыргызстан?

Состоится ли Кыргызстан как самодостаточное государство? Об угрозе потери государственности все чаще стали говорить на разных уровнях. Такой неблагоприятный сценарий может усугубиться процессом глобализации, который при условии его полной реализации помимо прочего приведет к универсализации идеологии, языка, культуры и маленькие этносы растворятся в его волнах, как щепотка соли.

Есть ли иной путь развития? Есть ли стратегическая идеология, которая как нить Ариадны выведет из лабиринта?

Состоится ли как государство Кыргызстан?

Разумеется, вопрос не из легких. Но для решения этой стратегической задачи надо ставить их остро перед научной и широкой общественностью. Стихийно или целенаправленно обсуждение уже ведется, а некие модели пропагандируются и внедряются в общественное сознание.

Так сложилась историческая судьба, что кыргызам за исторически краткий срок, менее чем столетний период, пришлось трижды (!) пережить кардинальную трансформацию политических, государственных, экономических и культурных основ жизнедеятельности. Первая ментального характера модернизация произошла в XV- X1X веках, когда в борьбе с внешней агрессией ранее разрозненные племена стали осознавать себя как единый народ и начали борьбу за создание независимого государства — ханства. Вторая, кардинальная, модернизация началась в XX веке, в 1918 году, с установлением советской власти и коммунистического принципа отношений взамен существовавшего на протяжении многих веков патриархально-феодального.

 

В этот период и было образовано квазигосударство — Киргизская Советская Социалистическая Республика. В эпоху третьего переформатирования — перехода к рыночным отношениям (капитализму) — Кыргызстан вступил с обретением в 1990 г. государственного и политического суверенитета. Перед страной, располагающей богатыми и разнообразными природными и человеческими ресурсами, открывалась возможность самодостаточного экономического и культурного (цивилизационного) развития. К сожалению, эти возможности пока не использованы в силу объективных и субъективных причин.

Упущения и грубейшие ошибки были обусловлены тем, что пришедший к власти истеблишмент в своем большинстве не только не имел опыта по-настоящему самостоятельного руководства государством, но и достаточных навыков управления отраслями экономики (всем управляла Москва, а местные только исполняли). Поэтому неофиты не смогли предпринять адекватные меры по решению внезапно возникших сложнейших проблем. По этой и иным причинам проводившиеся реформы не дали желаемых результатов. Основная ошибка заключается в том, что «модернизаторы» выбрали «шоковую терапию» польского экономиста Бальцеровича. Но, в отличие от Польши, указанная модель насаждалась на не подготовленную ни в идеологическом, ни в экономическом аспектах почву. Следствием некомпетентности, поспешности в проведении реформ стало тотальное разрушение экономики: ликвидация эффективно работавших заводов, фабрик, колхозов, совхозов, и деградация образования, науки, культуры, приведшие к сплошной маргинализации общества.

Кыргызская Республика, пережив две революции, продолжает оставаться одной из бедных стран СНГ и пребывает в системном кризисе, в области идеологической и политической бифуркации, которая, как известно, характеризуется сильными флуктуациями. Проще говоря, общественность страны оказалась в состоянии броуновского движения. Так, например, продолжаются горячие споры, какая форма политического устройства предпочтительнее для страны: президентская или парламентская? Есть мнение, что обе формы правления полностью дискредитировали себя. Некоторые политологи, принимая во внимание опыт ряда стран за исторически кратчайшие сроки достигших впечатляющих социально-экономических успехов, а также многовековую традицию жить под властью князей, ханов, генсеков, президентов, мечтают о сильном, но просвещенном автократическом правлении на период до выхода из системного кризиса.

Значительная часть общественности полагает, что корень всех бед в разрушении вековых морально-нравственных ценностей, традиций, обычаев, общинного образа жизни и подмены их индивидуализмом, рыночными отношениями, где все продается и всё покупается; и когда цель — обогащение и власть, как две стороны одной монеты — оправдывает любые средства её достижения. Модели коммунизма и дикого капитализма многих разочаровали, и идет поиск собственного, оригинального пути.

Многие, в том числе простые обыватели, полагают, что для выхода из кризиса необходимо возрождение традиционных форм отношений в качестве идеологического, культурного базиса собственного, национального, пути социально-экономического развития. При этом во главу угла в качестве локомотива ставится развитие кыргызского языка через запрещение использования русского языка, конституционно имеющего статус официального, во всех сферах жизни общества, включая образование и науку. Проблема гипертрофированно политизирована и согласно известной русской пословице, аналог которой есть и в кыргызском языке, «сапоги должен тачать сапожник, а пироги печь пирожник».

Безусловно, культурная самоидентификация, охватившая многие страны — положительное явление, если рассматривать все человечество в целом как биосоциальную систему. Она детерминируется законом необходимого разнообразия, действующего в любых природных системах, в том числе и социальных; а для конкретных народов, этносов является защитной реакцией от глобальной универсализации. Однако встает вопрос, какие нормы морали, обычаи, традиции, способ производства, какое мировоззрение и т.д. нужно реанимировать? Какие из них нуждаются в адаптации, от каких традиций, ставших архаизмами и отбрасывающих общество на обочину прогрессивного развития, нужно избавиться.

Например, в последние годы в республике активно насаждается ислам. Является ли он традиционным для кыргызов? Ответ — и да, и нет, — в зависимости от временной шкалы отсчета. Не секрет, что ислам в среде кыргызов не имеет глубоких исторических корней и устойчивых связей с арабским миром. Вследствие этого подавляющее большинство простых людей не владеют арабским языком, искаженно через интерпретацию недобросовестных или безграмотных «миссионеров» понимают парадигмы Корана и слепо перенимают традиции, обычаи другого народа, сложившиеся в совершенно иных физико-географических условиях среды обитания. Традиционным мировоззрением кыргызов является тенгрианство, сложившееся у них намного раньше христианства, ислама, и в рудиментарном состоянии существующее по сей день. В настоящее время в республике среди части интеллигенции и населения обозначилась тенденция возрождения тенгрианства.

Древнейшей формой общественных отношений человечества, как известно, является трайбализм, который был и остается для многих народов наиболее эффективным проявлением самоорганизации семей, родов в конкурентной борьбе за природные ресурсы: место, средство и условие жизнеобеспечения. Для кыргызов трайбализм на всем протяжении истории являлся традиционной формой взаимоотношений, даже после того, когда в многолетней кровопролитной войне с джунгарскими агрессорами они стали осознавать себя как единый этнос, народ. Как это ни парадоксально, но процесс становления демократических институтов (при всех известных издержках), особенно в период выборов различного уровня органов власти вызвал «взрыв» трайбализма. Неистребимость его привел ряд общественных деятелей к идее цивилизованной адаптации трайбализма к современным условиям. А именно, формировать политические объединения на родоплеменной основе. Дело дошло до того, что племена стали создавать свои собственные структуры (союзы, партии).

Что положительного можно и нужно перенять из принципа кооперативного взаимосодействия, лежащего в основе рассматриваемого явления, а от чего отказаться? Так, например, взаимопомощь в сегодняшней общественной жизни доведена до абсурда: безусловная поддержка своего соплеменника, если он даже вор, коррупционер или явный бандит. Между тем, традиционно честь рода, племени ставилась выше интереса его отдельного представителя. Соплеменник, совершивший неблаговидный поступок, подвергался общественному осуждению, различным наказаниям вплоть до изгнания или прилюдной казни, так как из-за него род-племя опозорилось, потеряло лицо и не сможет поднять глаза.

 

При этом парадоксальным образом выявляется дихотомия (в смысле раздвоенности) или дуализм родоплеменной и региональной идентичности у многих групп людей. В период джунгарской агрессии в XV- X1X веках, о чем упоминалось выше, ряд северных племен вынуждены были откочевать на юг Кыргызстана. После изгнания агрессора они вернулись на свои земли, но часть осталась и их потомки во втором, третьем, четвертом и т.д. поколениях регионально «натурализовалась» как южане. В то же время ряд родов южного происхождения по разным причинам перекочевывали и оседали на севере. Однако, к сожалению, вопреки процессу многовекового перемешивания родов, племен трайбализм резко усиливается и к тому же, как никогда, явно обозначился раскол между севером и югом, инициированный и подогреваемый так называемыми «элитами».

На мой взгляд, у нас есть только один путь сохранения единства народа и государственности. Взяв за основу лучшее из принципов трайбализма, модернизировать его в общегражданский, общенациональный, когда все этносы, проживающие в республике, осознают себя единым народом, нацией — кыргызстанцами. Когда каждый соотечественник будет чувствовать себя ответственным за каждого, а все вместе за нашу прекрасную землю, за которую проливали кровь и пот наши предки. Как говорится — легко сказать, но трудно сделать. Между тем, примеров успешной модернизации традиционных обществ множество в восточной и юго-восточной Азии.

Впечатляет, например, модернизация патриархально-феодальной Японии, осуществленная в эпоху Мэйдзи — время правления императора Муцухито (1868-1912 г.), взявшего имя Мэйдзи, означающее «просвещённое правление». Всего через 34 года с начала модернизации отсталая, не имеющая природных ресурсов и раздираемая междоусобными войнами восточная страна преобразовалась в индустриально развитую мировую державу, сумевшую разгромить огромную Россию в войне 1904-1905 годов! Это стало возможным потому, что японцы, отказавшись от самоизоляции, которая неизбежно приводит к росту энтропии, сумели синтезировать лучшие образцы западной цивилизации с традиционным японским духом чести. В настоящее время они, оставаясь японцами, по уровню развития больше «европейцы», «американцы», чем сами европейцы и американцы.

Началось же преобразование Японии с «Клятвенного обещания императора Муцухито», состоящее из пяти принципов, которые приведены по тексту из Википедии:

1. Демократизм.
2. Примат национальных интересов.
3. Свобода деятельности.
4. Независимость суда.
5. Эффективное использование знаний, достижений человечества.

Нечего прибавить или убавить к блестяще реализованному заявлению, сделанному почти 150 лет тому назад!

Кулубек Боконбаев,

член-корр НАН КР

Источник: http://www.kabar.kg

 

Похожие материалы

Ретроспектива дня