Точка государственного распада

Post navigation

Точка государственного распада

История вопроса. Территории, добытые невоенным путем Россия на протяжении значительной части своей истории, с момента возникновения Русского централизованного государства в конце XV в., формировались как многонациональное, поликультурное государство на основе добровольного вхождения в ее состав многих народов.  

Например, башкирские родословные, шэжэре, свидетельствуют о нескольких посольствах семи башкирских племен к русскому царю Ивану Грозному с просьбой о принятии их в российское подданство. Первыми (зимой 1554 г.) русское подданство приняли западные и северо-западные башкиры, ранее находившиеся в территориально-политической зависимости от Казанского ханства. Вслед за ними в состав России добровольно вошли (в 1554-1557 гг.) башкиры центральной, южной и юго-восточной частей современной территории Башкирии, которые прежде были вассалами Ногайской Орды.

В целом же, начиная с середины XVI в., в той или иной степени можно говорить о добровольном вхождении в состав расширявшегося Российского государства удмуртов, чувашей, части марийцев, мордвы и других народов Урало-Поволжья. С 50-60-х годов XVI вв. также активизировались контакты русских с кабардинцами. Общеизвестно, что второй женой Ивана Грозного была дочь кабардинского князя Темрюка.

В начале XVII в. (условно в 1609 г.) состоялось добровольное вхождение в состав страны калмыков, территория расселения которых занимала обширную территорию прикаспийских степей.

После походов Ермака в 1581-1584 гг. началось активное освоение русскими землепроходцами обширных пространств Восточной и Северо-Восточной Сибири. Так, в начале XVII в. в состав России вошли территории с населением, на которых проживали народы тунгусо-манчжурской группы, в 1632 г. был заложен г. Якутск и в состав России вошел Якутский край. При этом процесс вхождения местного населения в состав Российского государства и в этом случае носил мирный характер. В 20-х гг. XVIII в. к России добровольно присоединяются земли чукчей, в 30-х того же века осваивается Камчатка, а затем — Курильские острова.

Ввиду угрозы от набегов монголов и джунгар на рубеже XVI-XVII вв. в российское подданство вошли хакасы (в 2007 г. официально отмечалось 300-летие добровольного присоединения Хакасии к России), а в середине XVIII в. — алтайские народы.

Период 1817-1864 гг. известен в истории как Кавказская война. Тем не менее отнюдь не везде присоединение народов Северного Кавказа к России имело военный характер. К примеру, в 1770 г. добровольно вошла в состав России территории современной Ингушетии. Следствием этого стало и создание по согласованию с ингушами крепости Владикавказ (1784 г.). В результате русско-турецкой войны 1768-1774 гг. к России добровольно присоединилась и территория Осетии.

Необходимо также вспомнить о заключенном в 1783 г. Георгиевском трактате, способствовавшем укреплению российско-грузинских отношений, а также о подписании 12 сентября 1801 г. императором Александром I манифеста о полном присоединении Грузии к России, что снимало с Грузии угрозу вторжений со стороны Ирана и Турции.

На среднеазиатском направлении примерами добровольного принятия российского подданства являются вхождение в состав России значительной части Младшего, а также некоторых районов Среднего казахских жузов. Состоявшийся в Оренбурге в 1740 г. съезд представителей старшин и султанов Младшего и Среднего жузов способствовал закреплению первых результатов российского подданства, обеспечивших безопасность этих районов Казахстана от возможных вторжений джунгар.

В уже советский период примером добровольного вхождения в состав СССР стало присоединение в 1944 г. Тувы.

Следует подчеркнуть, что история России свидетельствует о неизмеримо большем количестве примеров добровольного вхождения в ее состав различных народов и территорий, нежели их отделения, которые практически отсутствуют. Широко известно лишь знаменитое Беловежское соглашение декабря 1991 г., которое привело к формированию современной территории Российской Федерации в границах РСФСР на момент подписания.

Недавние теракты в Москве и на Северном Кавказе снова вернули нас к этому вечному вопросу: Кавказ, Дагестан, другие кавказские республики российские — это все еще Россия? Или это уже что-то другое? Потому что люди привыкли говорить «мы и они». Образ страны воспринимается не всегда целостно. В частности, как объяснил директор Института этнологии и антропологии РАН Валерий Тишков, наши представления динамичны и меняются, как и сама действительность. Любая большая страна со сложным составом населения, как Россия, Индия, США, Китай, Индонезия, имеет, как правило, две противодействующие тенденции. Одна тенденция — централизаторская, обеспечивающая солидарность и единство заключенного в рамках этого государства населения.

«В то же время есть другая тенденция, которая идет иногда достаточно гармонично с нею под лозунгом единства в многообразии. Но иногда это конфликтующая тенденция, вплоть до открытых вооруженных конфликтов и таких явлений, как терроризм. То есть это явление связано с сепаратизмом, с желанием выйти или изменить статус-кво, выйти из общего пространства, создать свое государство или присоединиться к другому, — объясняет Тишков. — Или же вообще не признавать Центра, а контролировать свою власть на своей территории. И с такими проблемами сталкиваются многие государства. В таких многонациональных странах часто играет роль, казалось бы, незаметный факт: необходимо, чтобы правящие структуры отражали состав населения. И если в государстве люди разных вероисповеданий, разного цвета кожи, разного фенотипического облика, а милиционеры только одного облика, а демонстранты другого, то ждите, конечно, прямого конфликта. Не должны служебные, социальные и прочие границы проходить по этническим, расовым или фенотипическим (фенотип — это внешний облик) различиям. Это забота прежде всего власти, это забота общества, и в том числе экспертного сообщества. И к этому нужно быть чувствительным, иметь к этому, знаете, такой вкус или чувствительность. Как, скажем, в свое время менялся даже облик содержания рекламы или подбор актеров в голливудских фильмах, которые все больше и больше отражали многообразие, скажем, того же американского народа».

Угрозы распада России после того, как Советский Союз разделился на 15 частей, сейчас нет — такое заключение Тишков делает на основании исследований своего института. «Уже прошло около 20 лет, пройден большой путь с точки зрения становления новых государств как самостоятельных общностей государственных — не только с атрибутами Конституции, границами, гимнами и флагами, но и как народом, который сознает себя гражданами этого государства. Однако пока данный процесс еще не закончен», — отмечает эксперт. Легче реформировать экономику, скажем, перевести ее с плановых, социалистических рельс на рыночные. Даже легче, наверное, перестроить в какой-то мере политическую систему, чем выстроить новую общность, понимание того, что мы один народ, мы новое государство. И в то же время мы — продолжение старого, российского государства. В частности, на основании своих исследований ученые предсказывали беспорядки в Киргизии за 1,5-2 года. «В сети этнологического мониторинга, начиная с 1994 года, регулярно идет замер динамики конфликтности как по регионам, так и по 10 постсоветским государствам, — рассказывает Тишков. — С моей точки зрения, пик открытых конфликтов, который пришелся на поздний СССР и первые годы после распада СССР, особенно включая два раунда чеченской войны и жесточайшего открытого вооруженного конфликта, пройден в нашей стране, и едва ли сейчас появятся клиенты на новую вооруженную сецессию, которые бросят вызов государству, федеральной власти и в целом России».

Конечно, сейчас все еще существует бытовой уровень ксенофобии. Любопытно, что ксенофобские настроения никак не связаны с этническим составом, с бедностью или богатством.

Однако, например, в крупных вузах видно, что студенты разных национальностей, религий и из разных регионов довольно спокойно уживаются друг с другом. Но в целом, конечно, именно молодежь является группой риска. «Фундаментальными рисками, которыми считается, что государство может быть в состоянии распада, являются внешние долги, высокая детская смертность, продолжительность жизни, уровень образования и так называемый молодежный навес. Общество, в котором молодежные группы доминируют и не находятся под контролем более старших товарищей или власти, — в состоянии риска, — отмечает эксперт. — Вся наша наука говорит о том, что человек, рожденный в одной культуре или в одной национальности, не имеет каких-то прирожденных отторжений к человеку другой культуры, или другой расы, или другой национальности».

Комментарии опрошенных: Всегда есть заинтересованные в нестабильности

Думаю, что в ближайшие лет десять от Москвы отсоединятся не только кавказские и вообще национальные регионы, но и вполне русские — вроде Поволжья и Черноземья.

Антон, 34 года, системный администратор

В ближайшие десять лет никакого выхода кавказских республик не произойдет, возможно присоединение Аджарии. Для начала на правах союзной республики СНГ. А может, они примкнут уже к союзу РФ и Белоруссии.

Юля, 27 лет, специалист по связям с общественностью

Вполне возможно. Потому что, например, другим странам это выгодно, чтобы ослабить силы нашей страны.

Наталья, 21 год, специалист по страхованию

Скорее нет, чем да. Хотя у нас все возможно, и прогнозировать тут бессмысленно.

Степан, 69 лет, пенсионер

Нет. Правительство не позволит, т.к. это покажет его слабость в управлении страной в целом и подорвет авторитет со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Виталий, 31 год, генеральный директор транспортной компании

Думаю, что власть в Москве будет центробежным силам этому до последнего мешать, и надеюсь, что развала страны не будет, т.к. обретение независимости одной из частей РФ вызовет эффект домино.

Алексей, 28 лет инженер-системотехник

В законе страны сказано, что право выхода из состава Федерации не предусмотрено, а в другой статье, что иных толкований данного закона не допускается. Во-вторых, они не хотят выходить — большинство (больше 90 %.). Более того, экономически они не смогут существовать.

Виталий, 32 года, генеральный директор компании, занимающейся поставкой электронных компонентов

Российская Федерация не имеет четкой и продуманной стратегии в отношении Северного Кавказа. Выделение этого региона в новый федеральный округ, появление полномочного представителя президента в данном округе — положительный фактор, но его стоит рассматривать как продолжение политики реагирования на сложившиеся проблемы, а не работу над их предотвращением. Кавказские элиты, с их клановостью, высокой даже по российским меркам коррупцией, такое положение дел устраивает. Они заинтересованы в возникновении очагов напряженности с целью получения финансовой помощи (провозглашенная стратегия решения проблем экстремизма экономическими способами наилучшим образом соответствует их желаниям) и прочих бонусов для самих себя. Кавказские элиты не заинтересованы в отделении от России. Они заинтересованы в сохранении напряженности. Современное кавказское общество испытывает влияние противоречивых факторов — от влияния радикальных течений ислама до обыкновенного желания благополучной жизни. Эти республики являются дотационными регионами. Их отделение от России сродни перерезанию артерии.

Стас Лазовский, 27 лет, специалист Центра российско-европейского межрегионального и приграничных сотрудничества

Марина ОБРАЗКОВА

www.ng.ru

Похожие материалы: