Черноморский диалог — возможен ли он?

Post navigation

Черноморский диалог — возможен ли он?

Черноморский регион в широком понимании представляет собой мозаичную картину накладывающихся друг на друга политических интересов и сфер влияния и хотя Черное море омывает границы только шести прибрежных государств, регион имеет глобальное значение, который постоянно оказывал и оказывает значительное влияние на международные события. 

Болгария и Румыния являются членами ЕС и НАТО, Украина зажата между Западом и Россией. Грузия склоняется к Западу, но прикрывает российское подбрюшье. Турция колеблется между Востоком и Западом, разрываемая на части между необходимостью соблюдать национальные интересы и чувством национальной гордости. Россия идет своим путем.

Пять прибрежных Черноморских государств (Грузия, Болгария, Румыния, Турция и Украина) и некоторые другие, относящиеся к этому региону страны, начинают осознавать свою региональную идентичность, в то время, как другие государства и внешние силы пытаются укрепится на их поле.

Для Черноморского региона издавна было характерным широкое разнообразие цивилизаций, культур и религий. Всю историю региона, его благосостояние, процветание или упадок, определяли взаимоотношения между севером и югом, западом и востоком. Империи и цивилизации — Римская и Византийская, Российская и Оттоманская — оставили свой след на берегах Черного моря. По северному Причерноморью в древности был проложен Великий Шелковый путь из Азии на Кавказ и в Юго-Восточную Европу, по которому шла активная торговля между Востоком и Западом.

Геополитическая важность региона вытекает именно из смешения культур на стыке цивилизаций, международной торговли (как легальной, так и нелегальной), идей, влияний.

Имея значительные неиспользованные потенциальные возможности, Черноморский регион продолжает быть одной из точек, где фокусируются истоки событий будущего.

В настоящее время страны региона (с территорией около 20 млн. кв. км) заметно отличаются друг от друга по уровню социально-экономического развития, и представляют собой довольно емкий рынок с населением более 300 млн. чел., из которых 142,499 млн. чел. — россияне. На втором и третьем месте по этому показателю в регионе располагаются соответственно Турция и Украина — 74,877 и 46,205 млн. чел. Регион обладает квалифицированной рабочей силой. Он имеет также значительные запасы природных ресурсов и мощную производственную базу.

У региона очень хороший экономический потенциал, однако, его развитие существенно сдерживается конкуренцией между государствами этого региона. Кроме того, есть и некоторые исторические наслоения, вследствие чего некоторые причерноморские государства не доверяют друг другу.

Черноморский регион — это кратчайшие мировые коммуникации к богатым природным ресурсам стран Африки, Ближнего и Среднего Востока, к промышленно развитым странам Европы и Америки, а также крайне выгодный и перспективный для России маршрут транзита нефти и газа. Кроме того интересы стран в Черном море соответствуют глобальной цели ускорения интеграции в мировую экономику. В этой связи большое значение имеют незамерзающие порты Черного моря, способные обеспечить круглогодичную навигацию.

Черноморский регион отличается комплексностью региональных отношений, обусловленных разнородностью региональных актеров и присутствием в регионе интересов глобальных мировых игроков. Это, в свою очередь, порождает тесные взаимосвязи с соседними регионами — Каспийским, Балтийским, Средиземноморским, и привлекает к активному взаимодействию в рамках Черноморского диалога государств этих регионов.

Находясь в треугольнике между исламским миром, Россией и Европой, большинство стран Причерноморья выбирает европейский вектор внешней политики, но не может до конца избавиться и от своей традиционной «евразийской» сущности, на которую указывал З.Бжезинский.

В то же время часть мировых «игроков», прежде всего США, воспринимает этот регион преимущественно как «стратегический коридор», открывающий путь к охваченным тяжелыми кризисами районам Ближнего и Среднего Востока и одновременно своеобразный «цивилизационный барьер» между исламским и христианским миром.

Европейский Союз, расширивший в Причерноморье свои позиции после вступления Румынии и Болгарии, распространил политику «Нового европейского соседства» и инициативу по расширенной Европе не только на все страны Южного Кавказа и Балкан, но и Центральной Азии, чем немало способствовал активизации их региональной политики.

Наконец, Россия и Турция, расположенные на берегах Черного моря, заинтересованы в восстановлении своих, ныне в значительной мере утраченных, позиций и развитии всех направлений регионального сотрудничества. После распада СССР черноморская береговая линия России оказалась ограниченной пространством «от Анапы до Адлера», а региональная политика Турции подвержена воздействию острых конфликтов на Ближнем и Среднем Востоке, прежде всего, в Ираке и Иране.

Опуская многие вопросы, связанные с проблемами Черного моря, можно отметить что в регионе возникли «полюса» интересов, расположенные в Вашингтоне, Брюсселе, Москве и Анкаре.

Чем же, в конечном итоге, станет Большое Причерноморье — сферой регионального сотрудничества или ареной противоборства внешних сил? Чье присутствие в акватории Черного моря станет в ближайшие десятилетия доминирующим?

Ответы на эти вопросы пока не найдены, и ситуацию трудно прогнозировать, если вспомнить стремительное развитие событий после 1990 года, когда турецкий президент Тургут Озал выступил с инициативой создания «Черноморской зоны процветания и сотрудничества» с участием Турции, СССР и его союзников — Болгарии и Румынии. В то время мало кто предполагал, что крушение коммунистических режимов сделает эту идею еще более актуальной, а процессы обретения независимости и суверенизации стран Причерноморья и, особенно, перспектива превращения Кавказско-каспийского региона в мощный источник добычи и транспортировки энергетических ресурсов приведут к его выдвижению в один из центров интереса международного сообщества.

Для того, чтобы лучше понять комплексность отношений в регионе, необходимо рассмотреть геостратегические интересы региональных и вне региональных акторов и определить основные направления их Черноморской политики.

Надо сказать, что попытки организовать Черноморский диалог, т.е. сотрудничество стран региона между собой и с влиятельными глобальными игроками, предпринимались достаточно давно.

Однако проблема Черноморского диалога именно в том, что у стран региона отсутствует четкая позиция по этому вопросу.

Есть позиции, интересы и представления бизнеса, локализованного в регионе и взаимодействующего с региональными зарубежными партнерами. Есть интересы, соображения, взгляды отдельных представителей высшего государственного аппарата и крупных корпоративных структур. Есть политическая риторика. Есть компетентные эксперты в соответствующих государственных институтах и НПО, которые в состоянии обосновать, проанализировать и спроектировать ситуацию, стратегию, программу, но их потенциал не востребован. Потому что

нет системообразующего фактора (центра влияния), консолидирующего все эти разношерстные видения, интересы и потенциалы, структурирующего и трансформирующего их в скоординированный и целенаправленный проектный процесс.

В июне 1992 года была инициирована наиболее значительная региональная инициатива — создание ЧЭС (Черноморское Экономическое сотрудничество, с 1997 года — Организация ЧЭС), на деятельности которой остановимся ниже.

Но Евросоюз достаточно долго не проявлял интереса к сотрудничеству в Черноморском регионе. И только в ноябре 1997 года был издан первый документ — «Заявление Еврокомиссии по региональному сотрудничеству в районе Черного моря», где была упомянута «Черноморская синергия» в качестве инструмента для совместного использования программ Евросоюза (ТАСИС, ФАРЕ, МЕДА).

Уже в то время ЧЭС и ЕС, несмотря на очевидные различия в значимости и структурах организаций, могли бы постепенно наладить взаимодействие, но, по оценке известного европейского аналитика Майкла Эмерсона, «ЧЭС было отказано в ведущей роли в регионе по соображениям политического характера».

В августе 2002 года по инициативе Румынии прошло заседание бюро Ассоциации Черноморских регионов, в котором приняли участие 17 представителей, в том числе от России, Турции, Румынии. Президентом Черноморского Еврорегиона был избран Стелиан Дуцу (Румыния). Было принято решение о ежегодном проведении т.н. Черноморского Давоса.

Далее Евросоюзом были подписаны соглашения о партнерстве и сотрудничестве с рядом причерноморских и южнокавказских государств, в 2004 году был назначен спецпредставитель ЕС по Южному Кавказу, в 2007-м — по Молдове, затем страны Причерноморья были включены в политику «Европейского соседства». А на протяжении последних лет Болгария и Румыния совместно с Грецией стали проводниками политики ЕС в рамках «Черноморской синергии» и «Восточного партнерства».

В августе 2005 г. — Украина и Грузия подписали т.н. «Боржомскую декларацию». Это привело, в декабре того же года, к созданию Сообщества демократического выбора, усилия которого планировалось направить на преодоление какой либо конфронтации между странами, нарушения прав человека, разрешения «замороженных конфликтов». Географические границы этой инициативы охватили Грузию, Украину, Литву, Латвию, Эстонию, Румынию, Молдову, Словению и Македонию.

В январе 2006 г. американским Институтом национальных стратегических исследований в Бухаресте была проведена презентация стратегической концепции безопасности — «Евро-атлантическая стратегия для Черноморского региона». Непосредственно перед этим, в конце 2005 года были подписаны соглашения с Румынией и Болгарией о создании на их Черноморском побережье американских военно-морских баз, как было заявлено, «в целях поддержания коммуникаций с воинскими группировками в Ираке». На одной из них — в районе аэродрома близ Констанцы — размещена штаб-квартира Восточноевропейской оперативной группы Пентагона.

Одна из мотивировок размещения баз — наличие в регионе четырех «замороженных» конфликтов — в Приднестровье, Абхазии, Южной Осетии и Нагорном Карабахе существенно осложняющих обстановку в Причерноморье. Американские базы должны были, по оценке румынского президента Т. Бэсэску, «уравновесить» позиции России в регионе и не допустить силового решения конфликтов. В то же время, по оценке грузинского политолога Гии Нодиа, размещение баз на западном побережье Черного моря — это один из этапов продвижения США в регион Южного Кавказа, «имеющий как политическое, так и военно-стратегическое значение».

В 2006 году Бухарест выступил с очередной инициативой создания Черноморского форума, «…на котором будут обсуждать вопросы преобразования Черноморского региона в безопасный, благополучный регион».

Как подчеркнул президент Т.Бэсеску, в ходе своего визита в Москву в мае 2006 года: «Черноморский форум задуман как площадка для широкого обсуждения политических вопросов на уровне глав региона».

В марте 2007 года в Берлине прошла международная конференция «Европейский Союз и черноморское сотрудничество», где обсуждались проблемы безопасности и экономики, транспорта, торговли и инвестиций, локального и трансграничного сотрудничества. Речь шла также о формировании Причерноморья как региона демократии и о разрешении «замороженных конфликтов», тормозящих развитие сотрудничества. Симптоматично, что в день окончания конференции Евросоюз вынес на рассмотрение ее участников план по урегулированию конфликтов на территории Грузии, разработанный представителем ЕС на Южном Кавказе Питером Сэмнеби.

В этом же 2007 году Европейская комиссия приступила к подготовке и принятию стратегии по отношению к региону Черного моря — «Синергия Чёрного Моря» («Black Sea Synergy»), цель которой заключается в развитии сотрудничества в области торговли, экономики и безопасности со странами региона.

Российская сторона не поддержала разработанный Европейской Комиссией проект «Черноморское взаимодействие», который был вынесен на рассмотрение саммита ЕС в июне 2007 года.

В связи с принятием Румынии и Болгарии в Европейский Союз, а также со стремлением председательствующей Германии укрепить восточный аспект Европейской политики соседства и создать европейскую энергетическую политику, были приняты меры по ускорению принятия Энергетической стратегии.

Согласно стратегии, сотрудничество направленно на реализацию проектов, связанных с транспортировкой природного газа и нефти из Каспийского региона, ослаблением сепаратистских тенденций в регионе, сокращением нелегальной миграции и контрабанды товаров и людей, защитой прав человека и деятельности неправительственных организаций, защитой окружающей среды, созданием новых транспортных связей, развитием морской политики и рыболовства.

Основой «Черноморской синергии» должны были стать общие интересы всех партнеров. Эта стратегия предусматривала регулярные встречи министров иностранных дел стран Черноморского региона (Румынии, Болгарии, Греции, России, Турции Украины, Грузии, Армении, Азербайджана и Молдовы), с министрами ЕС. При этом Европейский Союз не планировал создавать новые институты — было принято решение развивать отношения на существующих уже каналах сотрудничества, в том числе используя Организацию Черноморского экономического сотрудничества (что, как предполагалось, будет способствовать активизации деятельности ОЧЭС).

В июне 2008 года Европейская Комиссия опубликовала Доклад относительно прогресса, достигнутого на протяжении первого года существования сотрудничества в рамках «Черноморской синергии». В Докладе основными направлениями сотрудничества названы вышеперечисленные «компоненты безопасного и стабильного развития», а также внедрение механизма регионального регулирования отлова рыбы.

Доклад содержал предложения относительно следующего этапа сотрудничества в рамках «Черноморской синергии»:

• установление общих конкретных целей в уже очерченных сферах сотрудничества;

• определение государств, которые могут быть координаторами в достижении этих целей;

• внедрение секторального партнерства ради осуществления общего финансирования проектов.

Вместе с тем документ был декларативным, поскольку не давал четкого объяснения политической позиции ЕС проблемных вопросах Черноморского региона.

В этом перечне инициатив своеобразной инновацией в политике ЕС по отношению к странам Восточной Европы стала объявленная Польшей и Швецией в середине 2008 года инициатива «Восточного партнерства» ЕС. В конечном счете, эта инициатива была одобрена Европейской комиссией 4 декабря 2008 года. «Восточное партнерство» предусматривает более тесное сотрудничество с тремя восточными соседями (Украиной, Белоруссией и Молдовой) и тремя странами Южного Кавказа (Грузией, Арменией и Азербайджаном).

Наряду с развитием экономического сотрудничества странами региона и ЕС предпринимаются меры по укреплению доверия и безопасности в Черноморье.

Наличие серьезных сетей организованной преступности осложняет ситуацию в регионе. Кроме того, регион является перевалочным пунктом для наркотиков, переправляемых в ЕС. Сознавая дестабилизирующий эффект этого, в сентябре 2002 года страны-члены ЕС согласовали План действий для борьбы с незаконным обращением наркотиков между Центральной Азией и Европейским Союзом через Кавказ и территорию ОЧЭС.

В дальнейшем в регионе были основаны две инициативы, направленные именно на кооперацию в сфере безопасности: Черноморская военно-морская группа оперативного взаимодействия «Блексифор» (BLACKSEAFOR) и «Черноморская гармония».

«Блексифор» — сотрудничество, инициированное Турцией в апреле 2001 г. Философия этой инициативы — укрепление мира и стабильности в Черноморском регионе, развитие сотрудничества между государствами региона, повышение уровня сотрудничества и взаимодействия их военно-морских сил. В числе задач группы — поисково-спасательные и гуманитарные операции, противоминные мероприятия, деятельность по защите окружающей среды, визиты доброй воли, другие мероприятия, согласованные со странами, которые принимают участие в «Блексифор». Участниками партнерства являются Болгария, Грузия, Россия, Румыния, Турция и Украина.

«Черноморская гармония» — турецкая инициатива от 2004 г., к участию в которой приглашены все черноморские государства, но пока присоединились лишь Россия, Украина и Румыния.

Украина проявила интерес к операции в марте 2005 года и в январе 2007 года между Министерством обороны Украины и Генеральным Штабом Турции был подписан Протокол «О сотрудничестве в вопросах обмена информацией в рамках операции «Черноморская гармония».

Румыния также заявила о готовности к сотрудничеству в рамках «Черноморской гармонии» в мае 2006 года, а 31 мая 2009 года завершила процедуры присоединения к ней.

Эта операция — аналог средиземноморской операции НАТО «Активные усилия» и направлена на борьбу с терроризмом и контрабандой оружия массового уничтожения. На время проведения операции предусмотрены периодические миссии наблюдения, сопровождения, а, в случае необходимости, и задержания подозрительных кораблей.

Многостороннее сотрудничество в Черноморском регионе проходит в рамках восьми организационных структур разного формата.

Одной из них, Организации черноморского экономического сотрудничества, ОЧЭС (Organization of Black Sea Economic Cooperation — BSEC) — межправительственной региональной экономической организации, объединяющей государства Причерноморья и Южных Балкан, 25 июня с. г. исполняется 18 лет с момента создания. В состав ОЧЭС в настоящее время входят Азербайджан, Албания, Армения, Болгария, Греция, Грузия, Молдавия, Россия, Румыния, Сербия, Турция, Украина и Черногория.

С момента создания в 1992 году ОЧЭС сосредоточила свои усилия преимущественно на вопросах экономического сотрудничества. Причем во главу угла ставится не столько торговое, сколько производственное сотрудничество. Вместе с тем на Стамбульском саммите в 2002 г. была сделана попытка начать сотрудничество в сфере безопасности. Эта инициатива так и осталась декларативной, поскольку ОЧЭС, учитывая свой широкий состав, сталкивается с проблемами расхождения интересов государств-членов, что делает невозможным достижение общих позиций относительно сферы безопасности и политических вопросов. Именно из-за того, что ОЧЭС объединяет наибольшее количество заинтересованных государств, ЕС и рассматривает эту организацию как платформу для осуществления собственной черноморской политики.

В целом в ОЧЭС разрабатывается около 60 проектов в транспортной, энергетической и других сферах, которые финансирует созданный в 1999 г. Черноморский банк торговли и развития (ЧБТР).

В целях усиления взаимодействия между странами на предпринимательском уровне был создан Деловой совет ЧЭС — орган координации предпринимательских инициатив. Однако именно эта сторона деятельности ЧЭС — поддержка частного предпринимательства — не получила достаточного развития. Между тем необходимость в ее усилении сегодня становится все более очевидной.

В целом деятельность Организации черноморского экономического сотрудничества не приносит значимых результатов. Формальным лидером в ней является Турция, однако в ОЧЭС входят и другие страны, претендующие на лидерство — Румыния и Россия. Кроме того,

ОЧЭС так и не смогла представить достойного интеграционного проекта, который заинтересовал бы всех без исключения стран-участниц.

Разговоры о создании международного транспортного коридора вокруг Черного моря ведутся уже не первый год, однако пока что с места этот проект так и не сдвинулся, хотя он и проект Черноморского энергетического кольца, безусловно, могли бы сыграть интегрирующую роль. Кроме того, ОЧЭС пока что не играет той роли, которая сегодня крайне необходима Черноморскому региону — роли политического арбитра.

ГУАМ

Что касается ГУАМа то он так и не смог выйти за рамки «клуба недовольных Россией», и его активизация, как правило, зависела от того, в каких отношениях с Москвой на данный момент находятся его участники.

Киевский саммит в мае 2006 года, на котором произошла формализация этого объединения, стал высшей точкой в развитии ГУАМ. Этот временный взлет был скорее обусловлен выгодной политической конъюнктурой, нежели реальным стремлением стран-участниц создать полноценную и дееспособную организацию. Именно в этот момент все страны-участницы переживали не лучший период отношений с Кремлем.

Каждая из стран-участниц ГУАМ стремилась выстроить свою линию отношений с россиянами. Если Киев и Тбилиси пошли по пути скрытого или явного противостояния с Москвой, то Баку и Кишинев выстраивали свои отношения довольно прагматично, пытаясь получить максимум выгод как от отношений с Россией, так и от отношений с партнерами по ГУАМ.

Черноморский Форум партнерства и диалога

Более поздней инициативой регионального сотрудничества является Черноморский Форум партнерства и диалога. В июне 2005 года президент Румынии Траян Бэсеску заявил о необходимости проведения Черноморского форума «За диалог и партнерство».

Планировалось, что Черноморский форум станет неформальным межгосударственным объединением, в рамках которого будут решаться вопросы регионального масштаба. Заявленные цели работы Форума — «тесное региональное взаимодействие для обеспечения демократического развития, стабильности, безопасности и экономического процветания стран Причерноморья», а также «продвижение процесса европейской и евроатлантической интеграции в Черноморском регионе».

Первый саммит Черноморского форума «За диалог и партнерство» состоялся 5 июня 2006 г. в Бухаресте. В заседании приняли участие президенты Украины, Румынии, Грузии, Молдавии, Азербайджана и Армении, министры иностранных дел Литвы, Болгарии, а также представители правительств Греции и Турции. На саммит прибыли и делегаты от международных организаций: главы ОБСЕ, Совета Европы, высокопоставленные представители ЕС, ООН и НАТО. Российская Федерация — крупнейшее государство, имеющее выход к Черному морю,- от участия в форуме отказалась. В Москве решили ограничиться статусом наблюдателя и делегировали на заседание посла РФ в Румынии.

Долго раздумывал Киев — одна из причин — заявленные цели Черноморского форума совпадали с целями Сообщества демократического выбора (СДВ) — неформальной организации, созданной по инициативе Украины. Аналогичные задачи стоят также перед ГУАМ и Организацией черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС).

Что мог бы стимулировать Черноморский диалог?

• Во-первых, заявить, что «Большой Черноморский регион» играет ключевую стратегическую роль для евроатлантического сообщества.

• Во-вторых, поддержать законные устремления стран региона, присоединиться к НАТО в соответствии с принципами ОБСЕ.

• В-третьих, подтвердить важность Конвенции Монтре (ограничивающей проход через проливы военных судов нечерноморских государств. — ред.) и того факта, что евро-атлантическая интеграция в регионе не подорвет это соглашение.

• В-четвертых, стимулировать и активизировать усилия в деле разрешения «замороженных» конфликтов.

ЕС

В последние годы в регионе стали активно утверждаться также и позиции Европейского Союза. В июне 2004 года была организована Донорская конференция под эгидой Европейской Комиссии и Всемирного Банка. Почти год спустя, в апреле 2005 года было принято решение о проведении постоянного диалога между ЕС и ОЧЭС, а в октябре того же года начались консультации по поводу налаживания между ними партнерских отношений.

До последнего времени в основном сотрудничество ЕС с черноморскими странами концентрировалось на экономических и технических аспектах. Комплексная политическая стратегия для всего Черноморского региона отсутствовала, несмотря на наличие программ сотрудничества с остальными регионами, соседствующими с ЕС, в том числе таких как: Северное измерение, Процесс стабилизации и ассоциации для Западных Балкан и Евро-Средиземноморское партнерство.

С присоединением Румынии и Болгарии (2007 г.), Евросоюз получил стратегическое географическое присутствие в Черноморском регионе и возможность быть влиятельным региональным игроком, так же, как в Средиземноморском и Балтийском регионах.

Однако ЕС ныне не готов использовать в полной мере собственный потенциал из-за отсутствия единой стратегии относительно Черноморского региона.

Сегодня лишь очерчиваются контуры такой стратегии, а взаимодействие с государствами региона происходит в рамках процесса расширения ЕС, Европейской политики соседства, Восточного партнерства, «стратегического партнерства» с Россией.

В то же время Черноморский регион сегодня приобретает особое значение во внешней политике Евросоюза. Речь идет, прежде всего, о таких важных для ЕС компонентах безопасного и стабильного развития, как:

• демократическое развитие,

• рыночные взаимоотношения,

• разрешение «замороженных» конфликтов,

• региональная стабильность,

• противостояние организованной преступности (торговле наркотиками, людьми, оружием, нелегальной миграции и т.п.),

• энергетическая безопасность (при этом главная цель ЕС — диверсификация путей снабжения энергоресурсами, получение удобного доступа к месторождениям Каспия и Центральной Азии),

• экологически безопасное развитие, борьба с климатическими изменениями и защита экологии Черного моря.

После Брюссельского саммита международная полемика сосредоточилась на вопросах «укрепления зоны интересов Евросоюза на постсоветском пространстве» и создания системы европейской энергетической безопасности без участия России, тогда как перспективы дальнейшей евроинтеграции, для стран региона, существенно ухудшились.

Присутствовавшая в начале мая 2009 года на саммите «Восточное партнерство» в Праге канцлер ФРГ Ангела Меркель заявила, что лично она считает программу «Восточное партнерство» «началом политического диалога» с соответствующими странами, но никак «не путевкой для них в Евросоюз».

Следующим этапом региональной политики ЕС стало продвижение идеи «Восточного партнерства», выдвинутой в мае 2008 года Польшей и Швецией и распространенной вначале на три государства Южного Кавказа и Украину, Молдавию и Белоруссию.

Инициатива была поддержана Европарламентом, принявшим в июле 2008 года Резолюцию по поводу дальнейшей «стратегии расширения», где говорилось о важности принятия более продуманной и объемной стратегии для Черноморского региона, которая вышла бы за рамки инициативы «Черноморская синергия» и способствовала бы принятию соглашения о Черноморском сотрудничестве в составе ЕС, Турции, всех прибрежных стран, а в дальнейшем стала бы основой Союза Черного моря. Программа «Восточного партнерства» органически вписывалась в этот проект, но, к сожалению, об Организации Черноморского экономического сотрудничества в нем упомянуто не было.

Поиск путей преодоления разногласий был предпринят и на встрече министров иностранных дел стран ЕС и ОЧЭС в Киеве (февраль 2008).

Российско-грузинский конфликт вынудил Европейский Союз активизировать работу по выработке целостной черноморской политики. Очевидно, что основным препятствием для Евросоюза в этой сфере может послужить отсутствие единства мнений членов ЕС во многих вопросах внешней политики.

Подводя итог, необходимо подчеркнуть, что Европейский Союз должен сформировать конкретную внешнюю политику относительно Черноморского региона как единого целого для максимального использования его транзитного и экономического потенциала, а не строить взаимоотношения с каждой отдельной страной региона.

Но в тоже время ошибочно объединять все эти государства в вопросе расширения ЕС, более того объединять их в рамках одной программы со Средиземноморскими странами, так как они имеют разные исходные позиции, различный уровень политического развития и не всегда едины в стремлении разделить общие европейские ценности и стандарты.

Стремясь решить свои собственные проблемы, Черноморские страны все больше поворачиваются в сторону политически и экономически стабильного Европейского Союза, ожидая, что его большой потенциал может быть более активно задействован в процессе геополитического, экономического и социального развития региона.

НАТО

В Заявлении по итогам встречи в верхах, обнародованном главами государств и правительств, участвовавшим в заседании Североатлантического совета в Страсбурге/Келе 4 апреля 2009 года в отношении Черноморского региона было заявлено: «Черноморский регион по-прежнему является важным для евроатлантической безопасности. Мы приветствуем продвижение вперед на поприще укрепления регионального сотрудничества и сопричастности посредством эффективного использования существующих инициатив и механизмов и на основе прозрачности, взаимодополняемости и инклюзивности. Мы будем по-прежнему при необходимости поддерживать эти усилия, основываясь на первоочередных задачах региона и диалоге, как среди государств Черноморского региона, так и с Североатлантическим союзом».

Так же, как и ЕС, НАТО усилило свои позиции в Черноморском регионе после принятия в свой состав двух новых членов — Румынии и Болгарии. Несмотря на членство в НАТО Турции, как уже отмечалось, это государство не является проводником интересов Альянса в регионе, а скорее рассматривает расширенное присутствие НАТО как угрозу собственному геополитическому влиянию.

Альянс задекларировал заинтересованность в Черноморском регионе еще в 2002 г. в своей Концепции обороны от террористических угроз. Свое стратегическое присутствие НАТО укрепило сотрудничеством с государствами региона (Украиной, Грузией, Азербайджаном, Молдовой, Арменией) в рамках Индивидуальных планов действий и сотрудничества при помощи программы Партнерство ради мира.

Основными противниками присутствия Альянса в Черноморском регионе, а особенно — усиления его деятельности, являются Турция и Россия.

Несмотря на членство одного государства в НАТО и тесное сотрудничество другого, оба государства аргументируют свое беспокойство возможностью дестабилизации обстановки и предостерегают относительно опасности повышенной милитаризации региона.

Евроатлантическое сообщество оказалось не готовым к новым вызовам и угрозам в Черноморском регионе, и не смогло ни предотвратить эскалацию конфликта в Грузии, ни отреагировать на него соответствующим образом.

Несмотря на неоднократные обращения Грузии относительно необходимости изменить форматы миротворческой миссии и переговоров по поводу абхазского и осетинского конфликтов, как ЕС, так и НАТО, ограничивались лишь декларациями в поддержку территориальной целостности Грузии и относительно необходимости скорейшего мирного урегулирования этих конфликтов.

США

Интерес США к Черноморскому региону обусловлен, прежде всего, вопросами энергетической безопасности и возможностью транзита энергоресурсов через него.

Также актуальной проблемой остается борьба с терроризмом и распространением оружия массового уничтожения. Но не менее важна для американской внешней политики поддержка статуса США как мировой сверхдержавы и влиятельного игрока во всех ключевых географических точках планеты.

Для укрепления позиций в Черноморском регионе США, в рамках решения задач Стратегии национальной безопасности, были предприняты следующие шаги:

• ноябрь 2002 года — на Пражском саммите НАТО инициировано решение о будущем членстве в альянсе черноморских государств Болгарии и — Румынии;

• IV квартал 2002 года — включение акватории Чёрного моря, наряду со Средиземным, Азовским и Каспийским морями, в зону ответственности созданного Европейского Объединённого командования вооруженных сил США. В зону контроля этого оперативного командования вошли также территория Армении, Грузии, Азербайджана, европейской части России;

• 2003 год — разработан проект Большой Ближний Восток, подчеркнувший приоритетность Ближневосточного вектора американской внешней политики;

• июнь 2004 год — принятие в члены альянса Болгарии и Румынии на саммите НАТО в Стамбуле.

В результате работы Стамбульского саммита был сделан вывод, что Черноморский регион важен для евроатлантической безопасности.

В обнародованном официальном сообщении подчёркивалось: «…прибрежные государства, союзники и партнёры принимают меры для дальнейшего укрепления безопасности и стабильности на этом пространстве. Наш альянс готов использовать средства для дополнения этих усилий, развивать существующие формы региональной кооперации».

Присутствие США в регионе поддерживают Болгария и Румыния, но отношения США с Россией, Турцией и Украиной находятся в неустойчивом состоянии. Ни Турция, ни Россия не поддержали американские действия в Ираке. Отношения США с этими странами после Ирака неуклонно ухудшались.

Украина после вступления в должность Президента Украины Виктора Януковича заняла более пророссийскую позицию. Грузия, после вооруженного конфликта с Россией, занята решением внутренних проблем, поэтому вряд ли может выступать в качестве надежного союзника США. Этот запутанный клубок интересов и альянсов, равно как и недавно начавшееся сближение России и Турции, имеющее антиамериканскую направленность, существенно затрудняет работу США на этой территории.

Чтобы развеять опасения Турции относительно возможной утраты своего доминирующего положения в бассейне Черного моря за счет роста американского влияния, США должны выработать реалистичную стратегию, направленную на укрепление безопасности и достижение стабильности в Черноморье.

В частности, это предполагает координацию политики ЕС и США в регионе, с учетом положений «Политики средиземноморского соседства», а также проведение консультаций с Болгарией, Румынией и Турцией.

Турция

Турция является вторым по значимости геополитическим актором в Черноморском регионе, причем с 2005 г. она — официальный кандидат на вступление в ЕС. По территории страны проходит важный транзитный маршрут поставки каспийских энергоресурсов в ЕС.

Будучи сторонником и одним из инициаторов сотрудничества стран Причерноморья, Турция стремится использовать фактор их взаимозависимости и исторической общности для укрепления доверия и формирования добрососедских отношений.

Интересен заявленный ее премьер-министром Т.Эрдоганом подход к урегулированию региональных конфликтов путем последовательного решения проблем и поиска компромиссных вариантов. По его же оценкам, неизменным направлением черноморской политики Турции является поддержка потенциала «Блэксифор» — Черноморской военно-морской группы оперативного взаимодействия. Совместно с Россией, Грецией и рядом стран Причерноморья Турция прилагает активные усилия и к расширению регионального экономического сотрудничества.

Турция без особого удовольствия наблюдала за вступлением в НАТО государств Юго-Восточной Европы, понимая, что этим самым, объективно и целенаправленно, снижается ее геостратегическая роль в регионе Черного моря.

Вместе с тем, процесс расширения НАТО сопровождался активизацией переговоров Турции с ЕС по вопросу ее вступления в Европейский Союз, и Анкара своими действиями старалась не раздражать США и европейские государства. В настоящее время, когда в турецко-американских отношениях не наблюдается тенденций к урегулированию возникших противоречий, а отношения Турции с ЕС достаточно напряжены, Анкара пытается максимально выразить свое отрицательное отношение к расширению НАТО.

На протяжении многих десятилетий гарантом стабильности на Черном море является заключенный в 1936 году в Монтрё Договор о статусе Черноморских Проливов, хранителем которого является Турция.

Анкара озабочена тем, что настойчивость США может привести к возобновлению дискуссий о пересмотре статьи Договора, ограничивающей количество и сроки пребывания в акватории Черного моря иностранных военных судов. Не исключено, однако, что если США не удастся укрепиться в Причерноморье под своим флагом, то это может произойти под флагом НАТО, членами которой, помимо Турции, сегодня являются Румыния и Болгария. Такое нарушение общего баланса сил неприемлемо как для России, так и для Турции, проявляющей все большую самостоятельность в вопросах внешней политики. В этой связи стоит лишь вспомнить негативную реакцию Анкары на появление объединенного оперативного соединения НАТО в Черном море после российско-грузинского конфликта.

Вместе с тем определенное разочарование Турции в процессах евроинтеграции и желание приобрести больший региональный вес стимулирует развитие ее тесного сотрудничества с Российской Федерацией.

Именно эти тесные отношения послужили причиной неоднозначной позиции Турции во время российско-грузинского конфликта. В июне 2010 года Россия и Турция подписали соглашение о создании Совета сотрудничества высшего уровня, который будет разрабатывать стратегию развития отношений между этими странами и координировать реализацию важных проектов политического, торгово-экономического и культурно-гуманитарного сотрудничества.

Поэтому весьма вероятно, что в данный момент евроатлантические партнеры теряют такого важного союзника, как Турция.

Россия

На сегодняшний день наиболее влиятельным региональным игроком можно назвать Россию. Вместе с тем это государство является источником региональной нестабильности, поскольку в ее региональной политике прослеживаются две тенденции:

1.стремление вернуть Украину, Грузию, Молдову, Азербайджан в сферу собственного влияния;

2.использование с политической целью энергетического фактора против энергетически зависимых европейских государств.

Важнейшей проблемой является то, что Россия по-прежнему рассматривает любые демократические сдвиги в «Большом Черноморском регионе» как враждебные ее национальным интересам.

С точки зрения безопасности Черное море для России важно настолько, что она пойдет, никому ни в чем не уступая, до конца, возможно даже до применения военной силы.

События, прошедшие в Грузии в августе 2008 года, свидетельствуют о том, что Россия способна провоцировать и использовать эскалацию «замороженных» конфликтов с целью создания условий для реализации собственных геополитических и геоэкономических проектов.

В сфере экономического сотрудничества с государствами ОЧЭС интересы России связаны с развитием портово-промышленных комплексов, формированием современных морских коммуникаций, развитием совместного предпринимательства в судостроении и судоремонте, освоении природных ресурсов моря.

Крупнейшим партнером России в этом регионе выступает Турция. В российско-турецких отношениях существует ряд проектов, от поставки газа по газопроводу по дну Черного моря и строительства АЭС до сотрудничества в сфере туризма. Из России в Турцию ежегодно выезжают отдыхать до 2 млн. чел. Товарооборот между странами в 2008 году достиг 35 миллиардов долларов, но, в силу определенных причин, снизился на 40% в 2009 году. Тем не менее, Турция остается одним из крупнейших экономических партнеров России, обгоняя США и Великобританию.

Румыния

Румыния — один из самых активных региональных акторов. Региональный аспект политики Румынии ориентирован на поиск внешнеполитической стратегии, способствующей упрочению ее позиций в НАТО, ЕС и регионе.

Ни состояние экономики, ни уровень демократии не позволяли Румынии рассчитывать на быструю интеграцию в западный мир. Поэтому исключительно румынской инициативой был Черноморский Форум партнерства и диалога (2006 год).

В свое время Румыния активно поддержала создание региональной организации — «За демократию и экономическое развитие — ГУАМ».

В регионе Румыния ведет напористую и наступательную внешнюю политику по отстаиванию своих политических, экономических и территориальных интересов.

В то же время следует учитывать, что сегодня в Черноморском регионе формируется новая система стратегического партнерства между странами, в основе которой — все тот же вопрос доступа к ресурсам.

В конце 2009 года произошли события, которые свидетельствуют о том, что на роль одного из лидеров в Черноморском регионе все более активно начинает претендовать Румыния. В сентябре состоялся визит в Бухарест Президента Азербайджана Ильхама Алиева, итогом которой стало подписание «Совместной декларации о согласии на установление стратегического партнерства» между двумя странами.

Вслед за Ильхамом Алиевым в Бухарест прибыл и Президент Польши Лех Качиньский, который также подписал с Румынией соглашение о стратегическом партнерстве. Стоит напомнить, что Азербайджан, и Польша являются давними союзниками Украины. Азербайджан является партнером по объединению ГУАМ, а Польша — стратегическим партнером Киева. Причем, в обоих случаях в ходе визитов речь шла о проекте Nabucco, который, как известно, рассматривается как альтернативный российскому источник поставок газа из Каспия в Европу.

Не менее успешно развиваются и отношения Румынии с другим союзником Украины по ГУАМ — Грузией. Румыния и Грузия намерены реализовать проект «Белый поток-2», который предполагает, что Румыния будет участвовать в транспортировке природного сжиженного газа из Азербайджана в румынский порт Констанца, откуда он будет распределяться между европейскими странами.

Кроме того, Россия в открытую предложила Румынии присоединиться к проекту «Южный поток».

Болгария

Болгария, как и Румыния являясь членом ЕС и НАТО проводит собственную региональную политику. Довольно пассивную позицию Болгарии в регионе, частично можно объяснить стремлением сохранить хорошие отношения с Россией, особенно учитывая последние двусторонние договоренности по поводу прохождения по территории Болгарии газопровода «Южный поток». Важную роль в региональной политике Болгарии играет также наличие в государстве значительного турецкого диаспоры.

Каковы перспективы Черноморского диалога?

За последнее десятилетие регион Черного моря стал свидетелем множества попыток развить региональное сотрудничество. Этому процессу мешал ряд факторов, таких как низкая заинтересованность стран Черного моря в региональных делах, сложные отношения между некоторыми из них.

В результате анализа различных инициатив, направленных на развитие Черноморского диалога, возникает вообще сомнение, что эффективное региональное сотрудничество в регионе возможно.

Главное же то, что стержень, который, по идее, был призван скрепить единство стран Черноморско-Каспийского региона — создание нового маршрута транзита каспийских энергоносителей в Европу — так и остался в стадии проекта. Нефтепровод Одесса-Броды не стал, как задумывалось, основным маршрутом поставки каспийской нефти в Европу.

Объективности ради следует отметить, что расширение практических форм взаимодействия тормозится наличием противоречий и конфликтов в Большом Черноморском регионе, что стало особенно очевидным после августовского вооруженного конфликта 2008 года.

Сказывается также недостаточная вовлеченность в этот процесс частного бизнеса, гражданского общества и недостаточный исторический опыт взаимного сотрудничества. Важную роль в продвижении программы Черноморского диалога и окончательном преодолении разделительных линий могло бы сыграть усиление стратегического сотрудничества между ОЧЭС и Евросоюзом.

Однако, прибрежные черноморские страны продолжают действовать, исходя из собственных интересов, между ними отсутствует консенсус относительно способов решения задач экономического развития и совместной безопасности.

Напряженные отношения между государствами региона, противоречивые устремления и разнящиеся взгляды на меры построения безопасности не дают им возможности находить взаимоприемлемые пути решения их общих проблем.

Следует сказать, что на пути создания и воплощения в жизнь Программы Черноморского диалога существует три главных препятствия.

Первое препятствие — в самом регионе, в его ментальной противоречивости.

На протяжении большей части XX века, регион был отрезан от магистральных путей европейского развития. Кроме того, эти государства не имели возможности выработать чувство единой региональной общности. Они живут в обстановке «замороженных» конфликтов, что сдерживает развитие внутриполитических реформ, поглощает энергию и ресурсы, которые могли бы быть направлены на более продуктивные цели.

В этой обстановке они не могут решить наиболее острую проблему региона — это транспортировка через акваторию Черного моря и прибрежные государства энергоресурсов Каспийского бассейна. Отсутствие четких международных договоренностей, несогласованность позиций стран-экспортеров (Россия, Азербайджан, Казахстан, Туркмения), наряду с попытками каждого из них монополизировать европейские рынки сбыта, порождает в регионе нездоровую конкуренцию и ведет к поиску странами Евросоюза новых источников энергоресурсов и альтернативных путей их транспортировки.

Вторым препятствием является слабость Запада и его нежелание принять государства этого региона в свой круг.

К сожалению, их тяга к сближению и укреплению связей с Европой, особенно с Европейским союзом, не находит необходимого отклика в Старом Свете, отношение которого к ним двойственно.

В ЕС испытывают сомнения относительно «европейскости» государств Причерноморья и не слишком доверяют проводимым там реформам, хотя исторически эти страны во многом обязаны развитию и становлению того, что мы сегодня называем европейской цивилизацией.

Третьим препятствием является Россия. Поворот Москвы вспять к авторитаризму, сопровождаемый укреплением энергетической монополии, делает ее менее удобным собеседником в развитии Черноморского диалога.

Поэтому реализация полноценного Черноморского диалога требует не только активной позиции, политической (геополитической) воли государств, международных организаций, в первую очередь ЕС и НАТО но и профессиональных, скоординированных действий спецслужб, дипломатии, аналитических центров, государственных чиновников, политиков, а также концептуальной общности, единства взглядов на ситуацию в регионе

Для расширения Черноморского диалога необходимо выполнить многое из того, что предлагалось ранее, но в силу тех или иных причин не получило достойного развития, в том числе и ряд общих интеграционных, интересных для всех государств региона инициатив и проектов:

• активизировать реализацию «Экономической повестки дня ЧЭС на будущее», принятой на заседании Совета Министров иностранных дел ЧЭС в апреле 2001 года;

• реализовать инициативу по созданию Черноморского электроэнергетического кольца и регионального энергетического рынка;

• учредить новый консультационный механизм — Энергетический диалог трех морей (ЭДТМ), в свое время предложенный Украиной, что позволит создать новый формат сотрудничества между странами Балтийско-Черноморско-Каспийского региона и ЕС и который объединит все заинтересованные стороны — поставщиков, транзитеров и потребителей энергоносителей;

• приступить к реализации проекта кольцевой автодороги вокруг Черного моря протяженностью 7 тыс. км, которая пройдет, как планируется, по территории 12 стран, соединит между собой их ключевые города, морские порты, авиатерминалы. и т.п.;

• выработать, согласованный со всеми странами региона, механизм реального, равноправного и взаимовыгодного сотрудничества стран Черноморского региона между собой и Евросоюзом;

• разработать совместные проекты по сохранению и восстановлению экологических систем и биоресурсов Черного моря и прибрежных районов;

• инициировать сотрудничество региональных и местных властей, предпринимательских структур, неправительственных организаций;

• принять меры к укреплению авторитета и действенности органов ОЧЭС: Делового совета, Парламентской ассамблеи, Черноморского Банка Торговли и Развития, Международного центра черноморских исследований. А также использовать уже накопленный опыт сотрудничества в других периферийных регионах (Средиземноморский диалог, Балканский пакт о стабильности, Северное измерение).

Реализация этих мероприятий будет способствовать формированию объединенного рынка Черноморского региона, развитие которого обеспечит выход государств на европейский и мировой уровни.

Расширение Черноморского диалога как основы многостороннего сотрудничества, целью которого является способствование развитию стран региона, предполагает индивидуальные усилия стран-партнеров по созданию форума для политического диалога и обмена опытом в следующих сферах деятельности:

• развитие демократии,

• экономическую интеграцию,

• энергетическую безопасность,

• развитии межличностных контактов,

• обеспечении внутренней безопасности,

• экологии,

• транспорта.

Следует согласиться с существующим мнением, что разработка политики (программ, стратегий, планов) может осуществляться известными и авторитетными структурами или механизмами. Например, в сфере экологии — это организация DABLAS, Бакинский Процесс — для транспорта и энергетики, ОЧЭС — для внутренней безопасности, и Сообщество Демократического Выбора в сфере демократии.

Утверждение стратегии и программ расширения Черноморского диалога, общее политическое руководство осуществлялось бы ежегодным саммитом Черноморский Форум, который бы принимала по очереди каждая из стран региона.

Решения в этих сферах целесообразно координировать с Евросоюзом и его партнерами.

Предполагается, что в многостороннем сотрудничестве будут целесообразны встречи на высшем уровне глав государств и правительств раз в два года, встречи министров иностранных дел раз в год, а также сотрудничество должностных лиц, отвечающих в своих странах за вышеперечисленные сферы деятельности, по крайней мере, два раза в год.

Также, для расширения Черноморского диалога должны максимально эффективно использоваться существующие региональные структуры. Главная из них — организация Черноморское экономическое сотрудничество (ЧЭС), которая во многом похожа на ОБСЕ, хотя ее внимание в основном сосредоточено на многостороннем региональном экономическом сотрудничестве.

В то же время ОЧЭС, конечно, не является и не может стать средством решения проблем безопасности в регионе (эта задача, по всей вероятности, будет возложена на НАТО и в какой то мере на ЕС) и обеспечить политические и экономические стимулы для реформ и преобразований (последние должны быть следствием глубокой интеграции с Евросоюзом).

Зато ОЧЭС способно создать пространство для сотрудничества и обеспечить необходимые средства в том, что касается «мягких угроз». В рамках этой организации могут быть сформировать эффективные механизмы и платформы для регионального сотрудничества в зонах энергетической и транспортной инфраструктуры, в вопросах, касающихся науки и технологии, окружающей среды и устойчивого развития.

В заключение, можно сказать, что для эффективного развития Черноморского диалога необходимы:

• координация деятельности уже существующих региональных инициатив, институтов и механизмов,

• конкретность и прагматизм: список приоритетных проектов и инициатив не должен быть слишком длинным, он должен состоять из осуществимых в среднесрочной перспективе проектов,

• гибкость: адекватно реагировать на возникающие проблемы,

• слаженность: участники Черноморского диалога должны работать по широкому кругу вопросов, как локального, так и глобального значения — расширение НАТО и ЕС, политика добрососедства, энергетическая безопасность и т.д.,

• транспарентность: черноморское сотрудничества, Черноморский диалог должны быть прозрачны, понятны для всех участников и партнеров.

Источники

1.Гончаренко С.Н. Организация Черноморского экономического сотрудничества: проблемы и перспективы// Сборник Средиземноморье — Черноморье — Каспий: между Большой Европой и Большим Ближним Востоком — М.:Институт Европы РАН, 2006. с.114-118

2.Міжнародні організації. / За ред. О.С.Кучика. — К.: Знання, 2007 с.368-397

3.Україна — Туреччина: безпека та співробітництво в Чорноморському регіоні. //Матеріали міжнародної конференції — К.: 2000, с.27-32

4.Перспективи співробітництва між ЄС та регіональними організаціями Чорноморського регіону // Матеріали міжнародної конференції — К.: 2007.

5.Політика України у Чорноморсько-Каспійському регіоні у контексті стратегії Європейського союзу: від взаємодії до співпраці //Матеріали міжнародної конференції — Одесса: 2008

6.Язькова А. Куприянов А. Черноморский узел // www.senat.org/integ4/txt8.htm

7.Гриневецкий С. Возврат к активной черноморской политике будет труднее //www.chaspic.info/bodynews/6377.htm

8.Коноплев С. Черноморский регион — связующее звено между Востоком и Западом //www.defense-ua.com/rus/harvard/?id

9.Заявление по итогам встречи в верхах в Страсбурге/Келе // www.nato.int/cps/ru/natolive/news_52837.htm

10.Совместное заявление Президентов Российской Федерации и Украины по вопросам безопасности в Черноморском регионе 17 мая 2010 года// www.interfax.ru/news.asp?id=137114

11.Шелест А. Черноморский регион и проблема расширения Европейского Союза //http://dialogs.org.ua/project_ua_full.php?m_id=8203

12.Украинско — турецкие отношения // www.limak-limra.ru

13.Игузарер Ф. Черное море — проблемы и возможности для Европейского Союза и Соединенных Штатов // dialogs.org.ua/theme_full.php?cat_id=59

14.Горупай О. Черное море противоречий// www.rusk.ru/monitoring_smi/2007/06/29/chernoe_more_protivorechij/

15.Коэн А. Конвэй И. Требуется Черноморская стратегия США // www.harvard-bssp.org/…/ukrainian_2000

16.Асмус Р. Евроатлантическое Причерноморье // www.globalaffairs.ru/articles/0/7721.html

17.Тассинари Ф. Синергия черноморской региональной кооперации // www.harvard-bssp.org/static/files/243/tassinari.pdf

18.Большая Черноморская игра. Интересы региональных игроков в черноморском регионе// flot2017.com/show/analitics/11425

19.Н.Цвицинская Черноморская стратегия ЕС: теория и практика// www.nbuv.gov.ua/portal/Soc_Gum/Ians/2009_3/3-19.pdf

20.Региональный аспект политики Румынии и упрочение ее позиций в ЕС и НАТО// www.mgimo.ru/files/16440/16440.pdf

21.Н.Таракси НАТО в бассейне Черного моря и в Закавказье: взгляд из Турции// www.kpunews.com/main_article14_414.html

22.Черноморский фактор на Украине // www.inosmi.ru/ukraine/…/158784224.html

Сергей КУЛИК,

Центр «НОМОС», г. Севастополь, для BSNews

www.blackseanews.net

Похожие материалы

Ретроспектива дня