О текущих особенностях взаимоотношений между Израилем и Турцией, а также связанных с ними региональных и международных процессах корреспондент ИА REGNUM побеседовал с президентом Ассоциации политической науки Армении, доктором политических наук (РФ), научным экспертом по контртерроризму (США), действительным членом Российской Академии военных наук Гайком Котанджяном.

— Как вы оцениваете отчет о работе комитета ООН во главе с экс-премьером Новой Зеландии Джеффри Палмером по расследованию событий, связанных с международной акцией флотилии «Мави Мармара», организованной Турцией против интересов Израиля?

— Главный вывод Отчета заключается в том, что подтверждена законность военно-морской блокады Сектора Газа как контртеррористической меры Израиля по препятствованию завозу оружия террористам морским путем. Остальные выводы являются производными от данного принципиального заключения. Отчет важен также с точки зрения оценки опрометчивости действий организаторов флотилии, позволивших себе игнорирование правомочности Вооруженных сил Израиля в инспектировании и задержке в международных водах судов, направляющихся в Сектор Газа.

Наряду с этим меры, предпринятые израильскими коммандос против флотилии «Мави Мармара», Комитетом ООН определены как «чрезмерные и необоснованные», а обращение израильских военных с пассажирами — «оскорбительным». Согласно заключению комиссии, Тель-Авиву рекомендовано выразить сожаление по поводу убийства турецких граждан при захвате гуманитарной миссии и выплатить компенсации семьям погибших.

Такая формулировка не устраивает Турцию, которая, несмотря на уже выраженные Израилем сожаления, требует у Тель-Авива официального признания вины и принесения извинений Турции и пострадавшим участникам экспедиции «Мави Мармара».

— Чем, по вашему мнению, обусловлено ухудшение отношений между Турцией и Израилем — лишь отдельным эксцессом в связи с вторжением флотилии «Мави Мармара» в зону военно-морской блокады Сектора Газа и его различным толкованием или более существенными обстоятельствами?

— Судя по тенденциям развития процессов, происходящих в регионе Большого Ближнего Востока, Турция стремится освоить роль лидера интенсивно переустраивающегося Исламского мира. Она прилагает целенаправленные усилия по дистанцированию от модели кемалистского секуляризма и позиционированию себя как мусульманского государства нового типа, синтезирующего в своей политико-правовой системе ценности «мягкого Ислама» и демократии.

Таким образом, Турция стремится выступать в качестве политического ориентира «Арабской весны», поддерживая не только смену властей в государствах Исламского мира, но и режимные изменения в них. Речь идет о радикальной трансформации авторитарных политико-правовых систем с вытеснением с государственно-политической арены существующих элит и приходом к власти представителей нового поколения «мусульманских демократов» и мимикрирующих под них будущих диктаторов и палачей (таковыми были первые пробы псевдодемократической риторики Гитлера).

Турция, преследуя свои стратегические цели по расширению влияния в регионе и за его пределами, ведет последовательную пропаганду по устрашению мирового сообщества угрозой овладения контролем над «Арабской весной» со стороны групп мусульманских радикалов. Одновременно Турция пытается убедить партнеров в незаменимости своих услуг по обслуживанию Исламского мира турецкой моделью умягчения и демократизации Ислама согласно стратегии правящей партии «Справедливость и Развитие» и, тем самым, принудить Запад примириться с ролью лидера Турции на огромном геополитическом пространстве Ближнего и Среднего Востока, Средиземноморья и Северной Африки.

В этих условиях смены политической стратегии Турции извинения, требуемые ею от Израиля, несут в своих недрах требование существенного пересмотра цены, которую в будущем обязан будет платить Израиль за стратегическое партнерство с Турцией, претендующей на лидерство в координации политического переустройства всего Исламского мира.

Следует заметить, что и при новых приоритетах Турции нельзя исключить, что даже в случае принесения извинений Израилем это могло бы быть расценено как признание израильской стороной собственной вины и послужить дополнительным основанием для обращения турецкой стороны в Международный суд с целью преследования израильских коммандос, участвовавших в контртеррористической операции. Другими словами, требование Турцией извинений у Израиля, следует полагать, носит сугубо конъюнктурно-инструментальный характер.

— Как, на ваш взгляд, отреагирует Израиль на предъявление ей Турцией «новой цены» за сотрудничество в новых условиях? Возможно ли признание Израилем Геноцида армян в Османской империи?

— Судя по последним заявлениям ряда деятелей, данная проблема среди политических элит Израиля вновь приобретает актуальность и стратегический калибр. Вместе с тем очевидно, что, отражая глубинное совпадение императива по гарантиям неповторения Холокоста еврейского и Геноцида армянского народов, это является сугубо внутренним делом Государства Израиль.

Одно можно предположить с уверенностью, что лучшие умы политического Олимпа Израиля, дистанцируясь от партийно-политической конъюнктуры, интенсивно дорабатывают оптимальную стратегию реагирования на новые вызовы его национальной безопасности в условиях предъявления Турцией Израилю по сути новой, непомерно более высокой цены за сотрудничество. Нельзя исключить, что в результате системных прагматических расчетов данная цена для национальной безопасности Израиля окажется принципиально неприемлемой. Для безопасности Израиля на самом деле исключительно опасным является отсутствие каких-либо гарантий от дальнейшего повышения ставок и цены, готовящихся Турцией к предъявлению Израилю в процессе приобретения ею роли реального лидера «Арабской весны» и «переустроенного» под ее руководством Исламского мира в целом.

При оценке гарантий безопасности еврейского народа, пережившего катастрофу Холокоста, видимо, следует исходить из того факта, что краеугольной точкой отсчета стратегических приоритетов союзных Израиля и США, как и всех постоянных членов Совета Безопасности ООН, должен стать коллективный действенный мониторинг развернувшихся в ходе «Арабской весны» противоречивых политических процессов. В результате важны как поддержка мировым сообществом прогрессивного трансформирования Исламского мира, так и противодействие опасному антидемократическому использованию его столь значимых для человечества потенций — под возможно конъюнктурным прикрытием лозунгов «мягкого Ислама» и демократии.

Источник: ИА REGNUM