Во всем мире 18 декабря отмечают Международный день мигранта. Именно эта дата изначально должна была стать отправной точкой слушаний «Совершенствование миграционной политики РФ» в Общественной палате. Но пока спикеры продумывали выступления, страна дала повод посущественней: беспорядки на Манежной площади и у ТЦ «Европейский» даже директора ФМС Константина Ромодановского заставили принять тот факт, что «не все так просто» и что «нужно уделять самое серьезное внимание решению» национальных вопросов.
С причинами межэтнического конфликта члены ОП и приглашенные разобрались быстро: тут и нестабильная экономическая ситуация, и коррупция, и провокаторы, которые прытко взялись обрабатывать неокрепшие умы москвичей, недовольных коррупцией, и сотрудники правоохранительных органов, не сразу показавшие силу мальчикам, захлебнувшимся стадным восторгом и непечатными ругательствами.
Но основную проблему эксперты увидели в том, что страна, соединившая всех этих мальчиков — с «травматикой», ножами и газовыми баллончиками, русых и брюнетов, с акцентом и без него — на одной территории, не попыталась ни тем, ни другим растолковать азы многонационального общежития.
«Меняется этническое равновесие в крупных городах средней России, — констатирует журналист и член ОП Николай Сванидзе. — И ни приезжие, наши гости, ни те, кто живет в этих городах, еще не готовы эту ситуацию принять, не готовы к нормальным здоровым контактам друг с другом».
Одни не планируют отказываться от старых привычек в угоду местному укладу, потому что зачастую просто не задумываются, по каким правилам научено жить коренное население. Другие не намерены ждать, когда же гости усвоят каноны чужого монастыря.
По статистике, озвученной директором Центра миграционных исследований Елены Тюрюкановой, 50% иностранцев, живущих в России, в свободное от работы время говорят исключительно на родном языке. 90% респондентов признались социологам, что если попадут в сложную ситуацию (например, если им нужно будет занять деньги), за помощью обратятся к «своим» — родственникам или соотечественникам. Треть опрошенных не пользуются общественным транспортом. Они живут в максимальной близости к месту работы, «внутри своей этнической сети», — подчеркивает Тюрюканова.
«Мигранты редко выходят в открытое социальное пространство, продолжает она. — Более того, среди работодателей в последнее время появилась новая практика: они нанимают бригадиров, которые одновременно являются еще и переводчиками. Таким образом, и на работе, и дома, иностранцы оказываются изолированными от российского общества».
«Потенциал адаптации снижается. Россия будет сталкиваться со все более культурно далекой миграцией», — прогнозирует Тюрюканова. Между тем интеграционная политика федеральных и региональных властей даже сейчас ограничивается формальным «давайте жить дружно», хотя, казалось бы, самое время переходить к более действенным механизмам. Вопрос — к каким?
Николай Сванидзе говорит об ужесточении 282 статьи УК РФ (Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства). Константин Ромодановский настаивает на необходимости «отбить у работодателей» маниакальное пристрастие к рабскому труду по бросовым ценам, дать малому и среднему бизнесу возможность пользоваться благами системы квотирования, которая пока, увы, не рассчитана на срочные «заказы», проинструктировать сотрудников силовых ведомств о том, сколько всего и как действуют правила пребывания иностранцев на территории РФ, чтобы те могли своевременно отыскивать преступников и не мучили бы законобоязненных приезжих.
А заведующий сектором изучения ксенофобий и предупреждения экстремизма Института социологии РАН Владимир Мукомель полагает, что для начала имеет смысл выслушать недовольные стороны. «Вероятно, лучше мы услышим их на переговорных площадках, чем на площадях города», — поясняет он свое предложение.
По его мнению, интересы региональных властей, органов местного самоуправления, принимающего населения и самих мигрантов нужно согласовывать, и согласовывать на федеральном уровне. «К сожалению, — добавляет ученый, — институты, которые призваны бороться с ксенофобией и мигрантофобией, переродились в институты, порождающие» их.
Это подтверждают результаты опроса Центра миграционных исследований, согласно которым 51% иностранцев боятся милиционеров (за помощью к людям в форме обращаются единицы), а скинхедов, для сравнения — 40%. В связи с этим Мукомель считает «серьезное преобразование правоохранительной системы, армии, сферы образования» мерой неотложной.
Ромодановский не возражает. «В нашем обществе существует какая-то жестокость к иностранным гражданам, к тем, кого мы считаем не такими, какими мы считаем себя, — соглашается он. — Проверка документов, уничтожение документов, поборы на дорогах, на улицах — это жестокость. Действия наших работодателей по отношению к мигрантам — это тоже жестокость».
И все же, по словам главы ФМС, в стране «есть все предпосылки» для организации цивилизованной трудовой миграции. Более того, «определенные шаги в этом направлении уже в России сделаны». Ромодановский напомнил участникам слушаний о правительственной комиссии по миграционной политике, которую возглавляет первый вице-премьер Игорь Шувалов и действия которой, по его убеждению, «существенно продвинут Россию вперед».
Кроме того, в структуре миграционной службы РФ несколько месяцев назад было создано управление по содействию интеграции мигрантов. Вот только как именно оно должно работать на практике никто по большому счету не понимает. Даже представитель управления верховного комиссара ООН по правам человека Геше Карренброк, который также участвовал в слушаниях ОП, отметил странную особенность российской миграционной политики: на бумаге она рисует земной рай для легально трудящихся, в действительности же, сетует делегат, «обстановка до сих пор не удовлетворительная».
И больше всего выступающего не удовлетворяет тот факт, что нетерпимость «проявляет молодежь». «Мы проводим много мероприятий, — говорит Геше Карренброк, — но, как выясняется, не с теми. Нашу целевую группу мы упускаем. Наш месседж не доходит до людей с националистическими установками».
С ним солидарен директор московского бюро по правам человека Александр Брод. На днях правозащитники обратились в Минобрнауки с предложением разработать федеральную программу профилактики экстремизма. Брод убежден: пришла пора «совершенствовать национальную миграционную политику, механизмы адаптации мигрантов» и работу с ними в странах исхода, где собравшихся на заработки следует, по его словам, «учить и языку, и основам российского законодательства».
Одновременно, подчеркивает директор московского бюро по правам человека, «нужно усиливать работу и с населением российских городов, районов, поселков». Ведь, как говорит Владимир Мукомель, миграция давно перестала быть вопросом выбора, «это — вопрос необходимости».
Дарья МИРОНОВА