Цивилизационный аспект и долгосрочные прогнозы
От редакции «Я»: Мы продолжаем наш цикл о крымской идентичности, посвященный 20-летию крымской автономии, записью беседы профессора Эдуарда КУЛЬПИНА-ГУБАЙДУЛЛИНА из Института социологии и Института востоковедения РАН с известным крымским аналитиком Сергеем ЕФИМОВЫМ, председателем крымского отделения Ассоциации социологов Украины.
Кульпин-Губайдуллин: В 1992-96 гг. был осуществлен проект Института востоковедения РАН под моим руководством «Крымскотатарский этнос в новой природной среде и новой среде межэтнических отношений». Потом была книга «Крымские татары. Проблемы репатриации». С самого начала проекта мы ставили задачу исследования проблемы межэтнических отношений и исследования проводили и русского населения, и крымскотатарского в тех местах, где они вместе жили, и как они общались.
Интересные были результаты. В частности, и русские, и татары предпочитали иметь соседями людей другого этноса: русские соседями татар, а татары — русских. Для нас это был совершенно неожиданный результат исследований. Почему именно так, нам объясняли и те, и другие, но факт остается фактом.
Итак, как смотрите вы на то, что будет через 10 лет здесь в Крыму, через 20 лет, через 30, 50. Исходя из процессов, которые идут сейчас. Если они будут идти также, как сейчас, то что будет? Что будет с природой, во взаимоотношениях человека с природой? Что будет с демографией? Каким будет соотношение возрастов? Что будет в области социальных отношений?
Как будут изменяться пропорции богатых и бедных? Каким будет средний класс, без которого нет стабильности в обществе? Каким в связи с экономической и экологической ситуацией будет здоровье нации? В общем, как будут идти процессы социальные, экономические, социально-экологические? Что будет здесь через 10 лет?
Специфика Крыма в том, что здесь, на мой взгляд, уже выя¬вились сильные межэтнические противоречия. Между кем и кем? Русскими и украинцами? По-видимому, нет. Главные межэтнические противоречия — между русскими и татарами. И какими они будут через 10 лет, в связи с экономической, экологической, демографической ситуацией?
И, пожалуй, самое главное, какой вы видите роль интеллектуальной элиты?
Для меня, как историка, ясно, что традиционная русская интеллигенция всегда была влиятельной силой, и иного не было дано. Как бу¬дет реагировать интеллектуальная элита полуострова на те из¬менения, которые здесь будут происходить? <…>
Ефимов: …Для начала напомню «три источника и три составных части» возрождения крымского регионализма, реально осознанных широкими слоями населения.
Первое — это ухудшение экологической ситуации как следствие засилья центральных хозяйственных ведомств на фоне полного отсутствия адекватного баланса полномочий между союзным Центром и регионами. Следует отметить, углубление формирования крымской региональной идентичности, усилению обостренного чувства ответственности крымчан за будущее Крыма, будущее своих детей способствовали масштабные протестные акции общественности против продолжения строительства атомной электростанции на сейсмически активной территории.
Второе — необходимость определения крымчанами своего отношения к процессам национального возрождения на Украине. Принятый Верховным Советом УССР в 1989 году закон о языках (действующий и поныне), предусмотревший объявление украинского единственным государственным языком, с тревогой воспринимался большинством населения Крыма, видевшего в повышении статуса области гарантию защиты своих региональных особенностей и интересов.
Третье — начавшийся процесс массового возвращения репатриантов из числа крымских татар, необходимость выработки оптимальной модели межэтнического взаимодействия в крымском социуме также требовали расширения объема полномочий региона для более успешного разрешения возникавших проблем.
Эти три момента нужно иметь ввиду как при анализе пути, пройденного за два последних десятилетия, так и при прогнозировании возможных сценариев дальнейшего развития.
Полагаю, что любые прогнозы в отношении будущего Крыма, выведенные из логики происходящих собственно внутрикрымских процессов, малосостоятельны.
Делать прогнозы можно относительно систем, находящихся в состоянии достаточного равновесия не столько по отношению к самим себе, сколько по отношению к внешним воздействиям.
А Крым — это место взаимодействия тектонически больших цивилизационных оснований. Поэтому говорить о будущем Крыма вне контекста взаимодействия православной, западной и исламской цивилизаций, или хотя бы будущего отношений Украины и России, не приходится.
— По-вашему Крым находится в точке бифуркации?
— В известном смысле — да, также как, скажем, и отношения Украины и России. А о будущем этих отношений мы не можем говорить, не зная какими их, к примеру, видит российская элита, до сих пор не сформулировавшая свои подходы.
В начале 90-х годов прошлого века в период жесткого противостояния Верховных Советов Украины и Крыма по поводу разграничения полномочий рядом крымских политологов была предложена следующая объяснительная формула: «Россия Крым не защитит, но и не забудет, а Украина не отдаст, но и не получит». Вопрос в том, актуальна ли она сейчас?
— И все же прогноз…
— Если все будет развиваться так, как в последнее десятилетие, то некоторые прогнозы можно попытаться сформулировать.
В сфере языковых коммуникаций ситуация останется прежней. Политики не покинут своих обжитых редутов ради поиска приемлемого решения и будут продолжать «бороться за права» русскоязычного (украиноязычного, крымскотатарскоязычного) населения в каждом очередном электоральном цикле. Аналогичная судьба ожидает и все политические начинания по поводу строительства моста через Керченский пролив.
— А если дистанцироваться от политики?
— В сельском хозяйстве в предстоящее двадцатилетие произойдет переход от интенсивных технологий к адаптивным, обеспечивающих производство экологически чистой продукции. Аграрно-промышленный комплекс полуострова станет потреблять существенно меньше воды и энергетических ресурсов; перерабатывающая промышленность будет постепенно перемещаться из больших городов в сельские регионы.
Крым станет энергетически самодостаточным благодаря развитию ветроэнергетики и расширению добычи углеводородов на шельфе.
Значительный сектор экономики полуострова займет рекреационный комплекс. Существенно расширятся его сезонные рамки, весомая часть рекреационных объектов станет работать круглогодично.
— Но для этого нужны большие инвестиции. Откуда они возьмутся?
— Инвестиции действительно нужны, но это — достаточное условие. Необходимым условием в данном случае является благоприятный климат в буквальном понимании этого термина. А сравнительные медико-климатологические исследования свидетельствуют о том, что Южнобережье Крыма по своей климатической ценности далеко опережает остальные приморские территории Причерноморья.
— Но сейчас мы являемся свидетелями, мягко говоря, неразумной застройки прибрежных территорий, которая во многом закрывает позитивные перспективы для крымского курортно-рекреационного комплекса на завтра!
— Не могу не согласиться с Вами. Тем не менее эти антропогенные глупости не могут изменить дарованные Создателем климатические условия.
Осознание пагубности результатов происходящих ныне застроечных процессов наступит в течение 10-15 лет, и последующим поколениям крымчан предстоит большая работа над градостроительными ошибками нынешнего времени.
Но, полагаю, через 40-50 лет ситуацию удастся исправить. Отмечу, что уже сейчас акценты в строительстве элитного жилья смещаются с побережья в предгорья, причем обеих сторон Крымских гор: как обращенной к морю, так и обращенной к материковой части полуострова.
В контексте вышесказанного хочу обратить внимание на то, что социально-экономическое развитие территорий Крыма в ближайшие два десятилетия будет происходить неравномерно: опережающими темпами будут развиваться приморские территории по всему периметру полуострова. Это станет и причиной значительной внутренней миграции населения из пока ещё квазидепрессивных сельских регионов в приморские.
В ближайшей перспективе в большей степени, нежели сейчас, смогут быть задействованы и транзитные возможности полуострова. Речь идет прежде всего о морских коммуникациях благодаря фактически состоявшейся демилитаризации причального фронта крымских портов. Однако перевалка грузов не сможет занять значительного места в экономике из-за серьёзных экологических ограничений на характер обрабатываемых грузов. Для удовлетворения потребностей рекреационного комплекса будет существенно переформатирована сеть автомобильных дорог, расширятся существующие и появятся новые авиационные терминалы.
Несмотря на противоречивые процессы дня сегодняшнего полуостров сохранит себя в качестве одного из мировых центров биоразнообразия, что в целом будет способствовать его интегральной привлекательности.
В заключение ещё об одной возможной перспективе.
Благодаря своим природно-климатическим особенностям Крым мог бы развиваться и как территория для оказания образовательных услуг в контексте мирового разделения труда. Минимально необходимый научно-педагогический потенциал наличествует.
При создании соответствующих материальных условий можно было бы обеспечить функционирование в Крыму сети международных (в истинном понимании слова) университетов. Однако эта перспектива, к сожалению, пока не артикулируется региональной элитой в качестве оферты для потенциальных зарубежных участников.
В завершение хочу привести некоторые данные социологических исследований, осуществленных мною в 2006 году, в сопоставлении их с данными общеукраинских опросов. Объем квотной выборки составлял 1700 человек. Выборочная совокупность отражала основные параметры населения автономии старше 18 лет по полу, возрасту, национальности, типу поселения.
По Украине приведены данные ежегодного мониторингового опроса, осуществленного Институтом социологии НАН Украины в апреле 2006 года (см. Українське суспільство 1992-2006. Соціологічний моніторинг /За ред. д. ек . н. В.Ворони, д. соц. н. М.Шульги. — К.: Інститут соціології НАН України, 2006. — 578 с.); выборочная совокупность объемом 1800 человек репрезентирует население Украины в возрасте старше 18 лет.
Полагаю важным отметить, что жители полуострова, в отличие от населения всех остальных областей Украины, ощущают себя прежде всего не столько обитателями своего города (села, поселка), не столько гражданами всего государства, сколько единой региональной общностью, ответственной за судьбы родного края.
В общеукраинском опросе вариант ответа формулировался как «жителем региона (области или нескольких областей), где Вы живете».
Вопреки расхожим представлениям, крымчане более оптимистично, чем население Украины в целом, оценивают характер межэтнического взаимодействия.
Парадигма примата общечеловеческих ценностей доминирует во всех этнических группах населения Крыма, хотя обращает на себя внимание то, что каждый четвертый крымский татарин считает превыше всего права нации.
Отношение к Республике Крым как к важной ценности характерно для всех этнических групп населения Крыма. При этом свою приверженность идее республики более выпукло демонстрируют крымские татары.
Опубликовано: Человек и природа: «вызов» и «ответ».
Под редакцией Э.С. Кульпина. Социоестественная история. Выпуск XXXII. — М.:2008, с. 296 — 325