У крымской автономиии остаётся шанс на возрождение. Реализовать его суждено если не нынешнему, то следующему поколению жителей полуострова. Об этом в авторской колонке для РИА «Новый Регион» пишет крымский политолог Андрей Никифоров.
От колониальной администрации не стоит ждать рецептов восстановления
Как лечить Крым? Сама постановка вопроса подразумевает, что полуостров болен. Т.е. больно сообщество полуостровитян, больны крымские экономика и культура, экология и образование. Казалось бы, все это — вещи вполне очевидные, но… Давайте разбираться по порядку. Констатация болезни подразумевает отклонение от нормы, которая ассоциируется со здоровьем. Поищем, для начала, эту норму.
Так вот, оказывается — оазисы благополучия, в которых проживает ничтожное меньшинство человечества, тоже, мягко говоря, не совсем здоровы. Евросоюз плющит и колбасит, да так, что если завтра (в буквальном смысле) он треснет и развалится, никто этому особо не удивится. Япония, пережила, вроде, Фукусиму, но вот вопрос: сколько еще фукусим она готова пережить? А новые фукусимы как в виде стихийных бедствий, так и технологических катастроф, могут нагрянуть в любой момент. Даже американцы, покончив с одной национальной угрозой — Бен Ладеном — ничего не могут поделать с другой — ожирением. Но есть вещи и пострашнее ожирения. Скажем, Вашингтон сеял по всему миру «цветные» революции, в то время, как цветные американцы, как в кавычках, так и без оных угрожают полностью переформатировать государственно-политический проект под названием «США». Грустно взирают на это зрелище все обитатели долларовых бумажек разного достоинства: не такую Америку они задумывали, строили, защищали, спасали…
Это так, по самому большому счету сравнение наших болезней с «ихней» «нормой». Конечно, Крым уместнее сравнивать не с мировыми центрами силы, а с тем, что попроще, чем мы далее и займемся. Но вот такое сравнение, по самому большому счету, четко обозначает: в современном мире у всех проблемы, нормы, т.е., другими словами — примеров здоровья, мы не обнаружим. Так что, болезни Крыма — штука относительная и условная.
Это еще более заметно, если сравнивать Крым со странами и регионами, более соответствующими ему по масштабам, чем ЕС, Япония и США. Что вырисовывается при этом сравнении? А то, что переживать о крымских недугах — также неприлично, как, скажем, жаловаться на насморк в беседе с больным туберкулезом. Крыму не грозит дефолт, как, например, Греции, или, скажем, раскол государственной территории, как целому ряду европейских, и не только европейских, стран. Конечно, это потому, что у Крыма нет собственных финансов и своего государственного поля. Но и проблем этих — тоже нет.
Наши межэтнические терки ни в какое сравнение не идут с тем взаимным неприятием, которое испытывают друг к другу, скажем, протестанты и католики в Северной Ирландии. Профессиональные миротворцы отчаялись их мирить и способствуют созданию непроницаемой стены между двумя конфессиональными общинами одного региона.
Бельгийские валлоны и фламандцы недалеко от североирландцев ушли. Но это — примеры цивилизованного протекания межэтнического конфликта. В ряде стран Африки, Азии и Центральной Америки все происходит куда колоритнее и жестче. И эти люди запрещают нам ковыряться в носу…
Притча во языцех — состояние крымской экономики. Мол, в кризисе она, надо ее спасать, восстанавливать производство, развивать реальный сектор. Недавно нам для спасения-развития даже целую зондер-команду из Макеевки заслали. И, представляете, даже это не помогло… Ну, положим, пока Китай работает на мировой рынок, остальные могут покурить в сторонке. Да, кое-кто кое-что еще производит, помимо китайцев. Но так, по мелочи. И, что еще важнее, сохранение реального производства (большая редкость в Европе, например), скорее — свидетельство отсталости, неблагополучия государства. Богатые страны почти ничего руками не производят. И даже среди целого ряда не очень богатых с реальным производством — беда. Взять ту же вполне сравнимую по масштабам с Крымом Латвию. Кстати, с нее киевские обыватели европейской ориентации призывают своих сограждан брать пример. Так вот, если внять их призывам, то ни промышленности, ни сельского хозяйства нам восстанавливать не надо. Сам собой напрашивается вопрос: а что тогда у нас делает эта макеевская зондер-команда? Но спрашивать такое — все равно, как чужие деньги считать, а потому — задавать этот вопрос не будем.
И все-таки крымчане — странный народ. Кого-то из нас еще тревожит состояние окружающей среды нашего полуострова. Не знаю, поможет ли, но можно попробовать отправить их пожить в Запорожье или Мариуполь, например. Ненадолго, мы ведь гуманисты. Просто для контраста. Конечно, Крым завален мусором, его экосистема получает болезненные пробоины. Но от экологической катастрофы крымчане умрут не первыми в этой стране. А теперь вспомним, что страна эта по Киотскому протоколу не выбирает свою квоту в общемировом загрязнения окружающей среды, за что даже получает кой-какие деньжата.
Итак, что ни возьми — грех нам жаловаться. Не зря ведь говорят, что жизнь дается один раз и прожить ее нужно в Крыму. Но и помимо природно-климатических прелестей нам, крымчанам, есть чем гордиться. Вспомним, хотя бы, что претензии на автономию в разное время заявляли Галиция и Закарпатье, Северное Причерноморье и Донбасс. А добиться смог только Крым. И пусть наш прорыв к самостоятельности был остановлен, а затем и ликвидирован. Помимо едва заметных его остатков под названием «АРК», у нас сохранилось то, чего отнять уже не получится: историческая память о том прорыве. А это значит, что если не нам, то следующим поколениям крымчан будет легче на новый прорыв подниматься.
Конечно, Крым болен. И болезнь эта прогрессирует. Когда-то мы торчали костью в горле Украины. Тоже не совсем здоровое состояние. Так мало того сумела она нас проглотить. Правда, переварить — не вышло: выпали мы в осадок, став жемчужиной в ее печени, что, конечно, хуже, чем кость в горле. Но возможна и обратная метаморфоза. Мало того, если Крым сумеет стать на путь настоящего, а не бумажного, выздоровления, он вновь застрянет костью в горле у «ридной» метрополии. А потому — не стоит ждать эффективных рецептов восстановления нашего социально-политического и экономического здоровья от колониальной администрации, из кого бы она ни формировалась: из залетных «реформаторов» или из местных туземцев-коллаборационистов. В выздоровлении Крыма кровно заинтересованы только мы сами — крымчане: разобщенные, дезориентированные, деморализованные, лишенные собственной политической элиты и политического целееполагания.
Та элита, что пала ни под взмахами биты, называется «крымской» исключительно по своему местоположению. Она — кровь от крови и плоть от плоти порождение украинского государства. Взяв крымскую ситуацию под контроль, официальный Киев произвел соответствующую селекцию в местном политикуме, а потом искусственно отобранную породу пресмыкающихся политиков еще в нужном направлении довоспитал. Ждать от этих людей вывода Крыма из кризиса, так же глупо и наивно, как и надеяться, что именно для этого к нам заехала макеевская зондер-команда.
Как же лечить Крым? Думаю, вот уже четверть века рецепт универсален для всего постсоветского пространства оптом и в розницу: покой, тепло и хорошее питание. Это — необходимые условия выздоровления, но явно недостаточные. К ним я бы добавил жесткую установку: «Учиться-учиться-учиться!». То, что дедушка Ленин прописал.
Кому не нравился завет дедушки, можно напомнить, что прадедушка Бисмарк говорил примерно то же самое о прусском учителе, обеспечившем победу своей стране в франко-прусской войне. Можно напомнить и о дядюшке Джоне Кеннеди, в бытность которого хозяином Белого дома, было установлено, что СССР опередил США в космической программе именно за счет более качественной системы образования.
Сейчас во всех странах, составляющих авангард человечества, все учатся. Заметьте, не стоят в очереди за дипломами, не выпрашивают оценки и не покупают автографы в зачетке, а реально овладевают знаниями. Любая крымская власть, если она будет крымской не только по местоположению, начнет восстановление нашей автономии именно с системы образования. Точнее — с реанимации того, что от этой системы еще осталось. Без такой реанимации никаких успехов в политике, экономике, экологии и прочих сферах достичь не получится. Будущее Крыма сегодня куется в классах и студенческих аудиториях. И здесь нам автономия просто необходима, чтобы не гнить и не разлагаться совместно с национальной образовательной «системой». Впрочем, каждый, так или иначе с образованием связанный (а это ВСЕ) может предпринять и индивидуальное усилие — на благо свое и Крыма. Одни — обеспечивая максимально возможный уровень образования, другие — овладевая знаниями или обеспечивая максимально комфортные условия для того, чтобы ими овладевали наши дети и внуки.
И, наконец, еще один универсальный рецепт, следование которому также не потребует общерегиональных или даже групповых усилий, только индивидуальных. Рецепт прост по звучанию, но совсем не прост по исполнению. Заключается он в том, чтобы оставаться самим собой. Для жителей Крыма это значит — оставаться (или стать) крымчанами.
Крымчанин не будет мусорить в своем доме, не сломает дерева, не сорвет походя приглянувшееся ему растение. Он бережно использует, сохраняет и, по возможности, умножает природные ресурсы полуострова, хранит его историю и памятники, к каким бы эпохам и народам они не принадлежали. Наши природные и исторические памятники это — наши крымские нефть и газ. И, оставаясь самими собой, мы обязаны относиться к ним по-хозяйски.
Останемся самими собой — станем чем-то большим, чем кость в горле Украины. Не удержимся — так и будем прозябать жемчужиной в ее печени. А затем — сотремся в песок. А затем — по извилистым протокам выскочим наружу липкой, дурно пахнущей кучкой…
…Нет, уж лучше остаться самими собой!
Источник: http://www.nr2.ru