События, связанные с деятельностью меджлиса и его лидеров, в последнее время демонстрируют фатальное для этой структуры снижение интереса как на внутренней, так и на внешнеполитической арене.
В текущем месяце руководство меджлиса демонстрирует не просто активные, а прямо-таки близкие связи с различными западными посольствами, организациями и делегациями. Только за первую декаду октября председатель этой структуры Мустафа Джемилев и его первый заместитель Рефат Чубаров провели ряд знаковых встреч. Так, они общались с Чрезвычайным и Полномочным Послом Швеции в Украине Стефаном Гуллгреном, с представителями шведского университета «Содерторн» (к слову, координацию поездок данной группы осуществлял не кто-нибудь, а активный участник «оранжевой» команды, преподаватель магистерской программы по политологии Национального университета Киево-Могилянской академии, кандидат философских наук Сергей Курбатов). Помимо шведских дипломатов и научных деятелей, лидеры меджлиса пообщались с Чрезвычайным и Полномочным Послом США в Украине Джоном Тефтом, в сопровождении советника Посольства США по политическим вопросам Колин Клиери и вице-консула посольства Джой Девис-Кирхнера. И напоследок кормчие меджлиса провели переговоры с представителями группы межпарламентской дружбы Франция-Украина в Сенате Французской Республики во главе с ее председателем — сенатором Жаном-Пьером Планкадом.
По сути, такая активность является следствием той политической ситуации, в которой сейчас оказался меджлис. Рассмотрим эту ситуацию более детально.
Первое. Среди крымских татар популярность меджлиса, не говоря уже о его руководстве в лице Мустафы Джемилева и Рефата Чубарова, находится на самой низкой отметке за последние 20 лет. За то время, пока «оранжевая» команда была у власти, сами же меджлисовцы сделали все, чтобы дискредитировать себя в глазах собственных избирателей: повальное воровство, кумовство при назначении на должности, неспособность справиться ни с одной реальной проблемой. Те же знаменитые «самозахваты», сколько бы их напыщенно ни именовали «самовозвратами», превратились в банальный способ обогащения меджлисовской верхушки: большинство земель перепродается, а рядовой крымский татарин как не мог получить землю, так и не получает ее.
Следствием падения популярности стало то, что, в отличие от 90-х годов, меджлис теперь не в состоянии собрать на свои акции более нескольких сотен сторонников. И это притом, что «на зарплате» от меджлиса по Крыму сидит несколько тысяч крымских татар. Однако недавние события в Алуште и Судаке со всей очевидностью показали: первые лица меджлиса в лице Мустафы Джемилева и Рефата Чубарова не в состоянии контролировать уже даже собственные региональные структуры. Время лозунгов и криков «по-меджлисовски» ушло безвозвратно. Конечно, они еще могут побарахтаться, пошуметь, но больше, чем на кратковременную проплаченную акцию, функционеры меджлиса уже не способны.
Второе. Ставка на партию «Народный Рух Украины» в Крыму и сотрудничество с ней провалилась. Фактически меджлис постоянно предоставлял проходные места в списках откровенным «аутсайдерам» только для того, чтобы позиционироваться как «единственная в Крыму» проукраинско-державная сила. Однако после последних президентских выборов на Украине союз с Рухом утратил хоть какую-то политическую необходимость. Да и знаковых фигур в числе союзников найти так и не удалось. Номер второй в нынешнем избирательном списке в Верховный Совет Крыма от НРУ яркий тому пример: так и не ставший спелеологом, так и не реализовавший себя в подводном исследовании Леонид Пилунский скатился к тому, что размещает на страничке в «Одноклассниках» не фотографии с друзьями, а себя любимого в одиночестве на фоне бутылок с коньяком.
Другими словами, каких-то электоральных преимуществ меджлису союз с НРУ не принес, а крымчане, и без того, мягко скажем, непросто воспринимающие идеологию «украинской державности», никогда не пойдут за националистами типа Леонида Пилунского и его киевских руководителей. Тогда как свою же, общеукраинскую идеологию, НРУ не менял и менять не будет: крымские татары, по мнению украинских националистов, имеют столько же прав создавать автономию, сколько индейцы — вернуть себе американские земли. Показательный пример: на канале «Черноморка» Рефат Чубаров долго распинался о притеснениях «коренного народа» в Крыму, а после него выступила представительница одной общественной организации, и все украинские державники дружно согласились, что коренными являются именно они, а не только какие-то крымские татары.
Таким образом, консолидация меджлиса с Рухом, выглядевшая в 2004-2005 годах определенным тактическим ходом, в 2010 году утратила всякую необходимость и даже здравый смысл. Ее сохранение — это, скорее всего, не столько дань традиции, сколько демонстрация упрямства и нежелания признавать свои ошибки со стороны руководства меджлиса.
Третье. Геополитика образца 2010 года, нравится это меджлису или нет, существенно изменилась по сравнению с «оранжевыми годами». Можно и дальше пытаться рассуждать реалиями «холодной войны», как это нравилось ставленникам Джорджа Буша-младшего, но сейчас США делают ставку именно на сотрудничество, а не конфронтацию с Россией. Пример спущенного на тормозах «шпионского скандала», как символа реализации процесса перезагрузки отношений между этими странами, дополнился новыми событиями. Так, США урегулировали все вопросы по поводу вступления России в ВТО и теперь уже сами приглашают, даже всячески зазывают ее туда.
Изменение курса США, естественно, произошло вовсе не потому, что Барак Обама любил в детстве читать на ночь «Войну и мир», а своей жене цитировал Пушкина — просто ситуация в мире изменилась. Китай превращается в мирового гегемона, что недавно со страницы влиятельного издания The Financial Times признал даже такой мастодонт американского экономического локомотива, как Джордж Сорос. Теперь США, в условиях начинающейся финансовой войны с новым конкурентом, ищут новых союзников, и Россия стала рассматриваться ими именно как «друг», а не «враг».
В этих условиях необходимость в антироссийской риторике «диссидента» Мустафы Джемилева отпала. Более того, она стала даже вредна, ведь Турция ведет последовательный курс на сближение с Россией и немалую роль в этом движении играет позиция именно США, начавших масштабную поддержку курдов в их стремлении к независимости Курдистана. Так что меджлису есть о чем задуматься.
Зато становится понятнее, почему после многолетнего молчания о культурных программах северного соседа (как будто и не было их вовсе) на страницах официального издания меджлиса — газеты «Авдет», регулярно стали появляться интересные заметки. Сначала об открытии построенной на деньги президента Чечни Рамзана Кадырова мечети в Воинке (хотя за пару недель до этого Рефат Чубаров всячески обругал чеченского президента на пресс-конференции, а тут лично понесся в Воинку перерезать ленточку); затем о реконструкции памятников воинам, погибшим при обороне Порт-Артура во время Русско-японской войны. Да и Мустафа Джемилев вдруг вспомнил, что и с Россией крымских татар связывала общая история. Вот только после десятилетий оголтелой антироссийской и даже антиславянской агитации, обвинений России во всех грехах… все это кажется каким-то пустым и ненужным.
Из этого можно сделать вывод, что внешняя активность меджлиса ориентирована, прежде всего, на «своего» избирателя. Мустафа Джемилев и Рефат Чубаров достают из старых сундуков пропыленные и съеденные молью знамена борцов «за демократические ценности» в Крыму. Вот только даже для западных политиков и послов глава меджлиса уже не так интересен. Не случайно ведь сразу же после встречи с американским послом лидеры меджлиса отправились на встречу с председателем Совета министров Крыма Василием Джарты — видимо, им втолковали, что с новой украинской властью нужно дружить, а не разбивать горшки. И решение о том, чтобы все-таки идти на выборы, а не бойкотировать их, принимали, видимо, также не в меджлисе, а за пределами Украины. Да и для рядовых крымских татар, кроме узких групп счастливых обладателей зарубежных грантов, лозунги «Запад нам поможет» давно утратили свою привлекательность.
Европа же рассматривает ситуацию на Украине с чисто практической точки зрения: пусть председатель ОБСЕ говорит о проблемах крымских татар в Крыму, но по большому счету Старый Свет куда более заинтересован в том, чтобы газ поступал к ним вовремя и без эксцессов, а не в том, чтобы лишний раз поддержать стареющего диссидента. Обращу внимание: в гости к лидеру меджлиса приезжали шведы и французы из так называемой «атлантической» европейской партии, то есть те, кто поддерживается американскими структурами. Для европейских же государств гораздо более актуальным является создание Агентства регионального развития Крыма. Но меджлису и его структурам в нем места нет: серьезные люди предпочитают работать с властью.
Итак, можно констатировать: проект «меджлис» умер внутри Крыма и потерял былую привлекательность для хозяев за его пределами. Последнее, что еще удерживает Мустафу Джемилева и Рефата Чубарова на плаву — это система контроля над расходованием средств, выделяемых на обустройство репатриантов. Но нынешняя власть на Украине продемонстрировала: «мы можем забрать то, что, как считаем, вам не принадлежит».
Для меджлиса настали не самые лучшие дни. Старое его руководство, отчаянно цепляясь за видимость власти, может (и попыталось бы) развязать конфликт регионального значения, да есть одна маленькая проблема: никто за ними не пойдет, нет базы и нет поддержки «сверху». Сейчас самое время отказаться от ненужных союзников и переориентировать свои позиции, но ни у Мустафы, ни у Рефата нет для этого ни достаточной грамотности политических игроков и даже банальной силы воли. Руководство меджлиса настолько запуталось в хитросплетениях собственных интриг, что разобраться, где и как надо действовать, они уже не могут. В итоге в своем активе меджлис будет иметь максимум лишь 3-4 голоса в крымском парламенте, а это на фоне переформатирования Совета представителей при Президенте Украины является откровенным проигрышем.
Западу же среди крымских татар нужны новые игроки, и возросшая активность некоторых политических институтов и грантовых организаций показывает: поиск уже начался.
Юрий Першиков