Татарскую прессу частенько называют беззубой старухой. Беззубой — потому что редко встретишь на страницах татарских изданий острые темы, а старухой — потому как львиную часть аудитории составляют пенсионеры.
А ведь не зря правительство Российской империи десятилетиями не разрешало татарам открыть свой печатный орган: слишком уж потенциальной и опасной казалась национальная пресса. После революции 1905 года татары получили право на свою журналистику. Газеты и журналы стали открываться как грибы после дождя. Некоторые вынуждены были закрыться спустя месяцы. И не потому что не смогли набрать тираж: цензура запрещала.
Корреспондент «еТатар» пообщался с главным редактором газеты «Безне? г??ит» («Наша газета») Ильфатом Файзрахмановым. Сегодня тираж этого частного издания превышает тираж официального печатного органа Республики Татарстан.
— 20 тысяч. Это наш еженедельный тираж. Иногда на 100-200 копий меньше. Иногда больше. Но мы достигли этого уровня и как-то остановились именно на этой цифре.
— Почему, интересно?
— Я считаю, что мы делаем серьезное издание. Мы пишем о политике. Стараемся взглянуть на события, происходящие в республике и в федерации, с так называемой татарской точки зрения: а как это отразиться на татарах? Думаю, что 20 тысяч размышляющих читателей — неплохой показатель.
Ему нелегко далась эта цифра. Опытный журналист (Файзрахманов проработал на татарском ТВ более 20 лет), вынужденный покинуть телеэфир, вложил в свое новое детище все свои сбережения и все силы. Поначалу деньги, поступившие от подписки, даже не покрыли расходов по типографии. Пришлось продать машину, чтобы спасти молодое издание.
— Мы жили тогда на зарплату жены. Я заболел — денег на лекарства не было.
А потом случилось так, что каждые полгода тираж рос на 20-30%. Сегодня 19 тысяч татар читают газету в Татарстане, еще тысяча — за пределами республики.
— Больше всего нас выписывают в Арском, Балтасинком, Азнакаевском, Актанышском и Сабинском районах. Арск и Азнакаево — вообще, очень читающие районы. А вот, к примеру, Алькеево и Верхний Услон, в основном, читают по-русски. Недавно общался с библиотекарями Богатых Сабов. Говорят, что теперь они выдают «Безне? г??ит» сугубо под залог: очень уж востребовано наше издание.
Постепенно набирает обороты и Интернет-версия газеты. Сегодня глобальная сеть охватила и татарскую глубинку, и Файзрахманов не отрицает, что это негативно сказывается на подписке.
— Уже есть те читатели, которые с печатной версии переходят на электронную. В ближайшем будущем мы планируем запустить Интернет-телевидение.
— Как бы охарактеризовали аудиторию вашего издания?
— В основном, нас читает сельская интеллигенция: учителя и врачи. И знаете, читали бы еще больше, если бы не обязательная подписка. Бедных учителей, например, заставляют подписываться на 4 издания! Не подпишешься — можешь писать увольнительную. Нам об этом часто пишут. У людей просто не остается денег, чтобы читать ту прессу, которую они хотят читать.
— Вы пишите о политике. Мало того, на страницах вашей газеты можно встретить достаточно острые выражения типа «Путин не успокоиться, пока не уничтожит Татарстан»…
— Это вы про материал о грядущих президентских выборах говорите, наверное. Ну, должна же быть и у татар нормальная пресса, которая рассуждает о том, что происходит в стране, куда мы все идем. Не скрою, давление есть.
Недавно вот позвонили и сказали: «А ты не боишься, что в квартиру нагрянут люди в масках и проведут обыск?». Не боюсь. Я ни на кого никогда не клеветал. Я боюсь Аллаха. Если вынудят закрыть газету — закрою. Мне будет чем заняться: переберусь к себе в деревню. Я там пчел развожу. На улице не останусь.
— Что вы ждете от грядущих выборов?
— А чего можно ожидать-то! Народ проголосует так, как ему будет велено. Я вот говорю читателям: ну, неужели с вами в кабинку кто-то заходит? У нас же ведь тайное голосование! Говорят, что заходят. В некоторых районах действительно воочию следят за тем, рядом с чьей фамилией была поставлена галочка. Но ведь не везде же. Просто наш народ во всем привык полагаться на царя-батюшку. Даже в молитвах просим, чтобы Всевышний ниспослал нам хорошего руководителя.
— Ну, про царя-батюшку вы загнули…
— Отнюдь! В районах с преимущественно русским населением еще можно ожидать какого-то волеизъявления. Мы же, татары, до того трусливы, что делаем только так, как нам велят. Сталин уничтожил тех, кто мог высказаться против. Этот страх в наших людях уже на генетическом уровне сидит. У нас в газете есть рубрика «Яралы язмышлар», где читатели пишут о судьбах репрессированных родственников.
Иногда читаешь эти письма и прямо рыдать хочется. Не сам же Сталин приезжал в деревню и стучал на односельчан. Сосед соседа продавал. Вот и сейчас так: не дай-то Бог сделать что-либо не как другие! Татары больше чем остальные живут кеше с?зен? карап.
Вот в селах сейчас один из крупнейших производителей молока платит заработную плату сыром и колбасой, которую даже собака в рот не возьмет. Об этом кто-нибудь пишет? Нет. А почему? Потому что сами же работники не хотят выносить сор из избы — им же боком выйдет. А руководитель этого предприятия отстроил себе «дворец» на берегу Казанки.
Мне вот интересно: неужели такие люди не боятся Аллаха?
Ислам и татары — для Файзрахманова больная тема
— Ну, как можно говорить, что в религии нет языка и нет нации?! Почему тогда мы были созданы разными народами?
Печально видеть, как некоторые наши духовные лица отрицают то великое наследие, которое досталось нам от наших предков. Я вот думаю о том, смогу ли я достойно ответить своим прадедам, которые спросят меня, смог ли я сохранить наш язык, донести его до своих внуков. Что ответят те, потомки которых во весь рот твердят, что они — не татары?
Вот посмотрите на чеченцев. Кадыров первым отказался от титула «президент республики». В Чечне тоже учатся по 309-му закону и сдают ЕГЭ на русском языке. Но это не мешает им говорить на родном языке и гордится тем, кто они есть. К сожалению, мы, татары, не можем этим похвастаться.
— От редакторов некоторых татарских газет приходится слышать одну очень странную мысль: мол, с уходом поколения нынешних стариков татарская пресса просто умрет, т.к. некому будет читать. Вы солидарны с этим мнением?
— Сегодня у нас есть порядка 50 внештатных корреспондентов, большинство которых — молодежь. Я согласен с тем, что татарскую прессу, в основном, читает старшее поколение. Но не только.
Молодые татары, учащиеся в татарских школах, тоже выписывают нас. В классах даже диспуты устраивают по напечатанным нами материалам. А говорить о том, что татарская пресса умрет… Не знаю. Мне кажется, это позиция неуверенных в себе и в своей команде людей.
Роберт БОЛГАРСКИЙ