Сеитумер Гафарович Эминов (1921-2004), с которым я познакомился в 1979 г., когда работал над дипломной работой «Партизанское движение в Крыму в 1941-1944 гг.» (тогда я учился на последнем курсе исторического факультета Кубанского государственного университета) был и остался одним из моих учителей в Национальном движении крымских Татар.

Сеитумер-ага не просто всячески помогал мне — щедро делился информацией и познакомил с ветераном партизанского движения Асаном Эмировым (1907-1984), но и одобрил мой выбор темы, уловив в моем тогдашнем мировоззрении стержень патриотизма — любви к Крыму и народу, воспринятой мною от родителей, от дедушек и бабушек.

Мы стали добрыми друзьями и довольно часто общались, чему способствовало наше соседство — от одного из нас к другому пешком было едва ли две минуты ходу. Постепенно я знакомился и с поэтическим творчеством Сеитумера Эммина, которое воспринял с искренним интересом и великой симпатией.

Наши контакты в 1985 г. стали приобретать более серьезную основу — через Сеитумера Эмина я знакомился со многими участниками национального движения, проживавшими в Новороссийске, а затем и в Краснодарском крае. От него я узнал о таких зачинателях народного движения, как Джеббар Акимов, Сеитбекир Османов, Осман Эбасанов, Мустафа Селимов и других замечательных личностях.

Он поведал мне многое из лично пережитого, в котором отразилась трагическая история нашего народа двадцатых годов прошлого столетия (наполненная ожиданием лучшей жизни и началом сокрушительной ломки старых традиций), довоенного времени (на которое пришлась его молодость) и войны (ставшая благодатной почвой для давно замышляемой властью этнической чистки Крыма от его коренного народа — крымских татар).

Две даты — 22 июня 1941 г. и 18 мая 1944г. обозначают тот смертоносный для крымских татар период, в течение которого были потеряны более половины жизней народа и разрушен тот гармоничный мир, что складывался веками и уходит корнями в глубины прошлого, поднимается к истокам и Золотой Колыбели. Наше общение было многосторонним, взаимно полезным и конструктивным, особенно в 1983-1989 гг.

Сеитумер Эмин был одним из активных участников Национального движения: он регулярно участвовал в еженедельных (по четвергам) совещаниях представителей инициативных групп Новороссийска (таких групп было 10-11 в течение 1987-1990 гг.). Он безотказно ездил в самые разные места — Москву, Краснодар, Херсонскую область, Узбекистан, Крым. Он принимал участие в подготовке и проведении собраний и митингов. Многотысячная крымскотатарская община знала и любила его, как народного поэта и давнего участника Движения.

Сеитумер Эмин был автором идеи изготовления и использования на митинге 18 мая 1988 г. пятиметровой высоты сооружения в виде монумента, которое изготовили покойный ныне Амза ака Ашчи и его сыновья Бекир и Мемет и один русский парень-художник. Впоследствии, этот монумент не раз использовался на митингах в Новороссийске, Нижнебаканском.

Сеитумер Гафарович не раз вёл наши общегородские митинги и собрания. До сих пор в памяти моей слышен его голос низкий и звучный; его речь с легким интонационным акцентом (когда говорил на русском) и ясная слаженная, литературно безупречная и включавшая в себя все богатство диалектов (когда говорил на родном, крымскотатарском).

Большую часть лета 1987 г. Сеитумер ага был в Москве, где в частности, принимал участие в небывалой до того в СССР массовой акции — многодневной демонстрации крымских татар у стен Кремля перед собором Василия Блаженного.

В октябре 1987 г. на замыслы и враждебные народу действия громыковской комиссии соотечественники в Краснодарском крае ответили, в частности, массовой акцией-походом Тамань-Симферополь (который, правда, был пресечен полутысячным корпусом милиции через 7 км от начала пути; прекращён прямым силовым методом). Тогда Сеитумер ага был в колонне «таманского похода». За это, за его принципиальные постановки проблемы во всех инстанциях Сеитумера Эммина (как и многих из нас) официальные (а других и не было) пресса и телевидение на весь край провозгласила экстремистом. Впрочем, в народе это воспринималось как высокая оценка участнику движения со стороны власти. Кстати, если вы заглянете в энциклопедический словарь, то увидите, что термины «экстремист», «автономист» вовсе не ругательные и не означающие преступников, а имеющие конкретное позитивное содержание, в чем и убедился прокурор Новороссийска Шохин А.И., когда я, официально вызванный к нему, предложил для начала прояснить суть терминологии, открыв словарь, имевшийся в рабочем кабинете Анатолия Ивановича.

Ядро национального движения в Новороссийске составляли такие люди как Кемал Куку, Сеитумер Эминов, Айдер Зейтуллаев, Мансур Бекиров, Али Яячик, Гомер Баев, Сулейман Арифов, Амет Касимов, Робеспьер Гралов, Аким Эсатов, Эскендер Рамазанов, Медине Аблякимова, Шакир Абибуллаев, Эдем Татаров, Осман Адылов, Руслан Кубединов, Фериште Усеинова, Умер Гафуров, Сергей Щепин. Самым старшим и по возрасту, и по времени участия в Движении, был Сеитумер ага (его еще звали между нами дедушкой, дедом).

В те годы, когда я работал в музее, мы с Сеитумером Эмином подготовили в единственную тогда газету (на крымскотатарском языке, выходившую в Ташкенте «Ленин байрагъы») ряд материалов для рубрики «Джесарет», рассказывавшей о соотечественниках-участниках Великой Отечественной войны. И это мы считали одним из направлений политической работы национального движения. Однажды мы с ним пришли к идее начать выпуск самиздатом (благо ксерокопирование тогда уже существовало) литературно-политического листа, который назвали «Козьяшы» («Слеза»).

Всего с июля 1989 г. по октябрь 1990 г. в Новороссийске мы выпустили одиннадцать этих своеобразных «газет». Самый первый номер начинается со стихотворения Сеитумера Эмина «АЗИЗ ХАЛКЪЫМ». Стихи и рассказы Сеитумера Эмина опубликованы во всех номерах кроме №№ 3,5,7. Тираж 100 экземпляров издавался по решению инициативной группы на средства, выделяемые из кассы на тиражирование документов и материалов НДКТ. «Козъяшы» распространяли в Новороссийске и Краснодарском крае, посылали в Узбекистан, Крым, Херсонскую область, в Татарстан.

Поскольку Сеитумер Эмин был и пенсионером, и довольно известным человеком (членом Союза Писателей СССР), и ветераном войны, то он, естественно, чаще других направлялся как представитель народа, в Москву, Ташкент, Симферополь, Казань. Мне довелось съездить с ним в первопрестольную три раза. Эти поездки остались яркими воспоминаниями об энергичном и взрывном, находчивом и юмористически неисчерпаемом «дедушке» (как его называли с легкой руки Сергея Щепина).

Об одном замечательном событии, организованном соотечественниками в честь Сеитумера Эмина, надо рассказать особо. В конце февраля-начале марта 1989 г. члены инициативной группы решили подготовить и провести в день 68-летия Эминова большое общегородское торжество. Наши новороссийские ребята-музыканты специально для этого организовались и создали ансамбль «Ватан», который начал репетиции. Был разработан и репетировался сценарий торжественного вечера, для которого горком предоставил зал Дворца моряков, рассчитанный на 600 зрителей. В подготовке приняли участие десятки соотечественников.

И вот день 15 мая 1989 г. наступил. Мне было суждено вести это торжество и чествование любимого народом поэта. Его стихи читали представители разных поколений: Амет Касимов («Новороссийск. Памятник неизвестному матросу.») Д.Мамутова («Хатидже» и «Шаинлер шаини»), Э.Абдураманова («Баллада о Хатидже»), З.Гралова («Веселый балаганчик»), Мунире Абдураимова («Мени унутты беллеме»), Д. Насырова («Лампа Алладина»), Эдие Файтонджу («Мен кимим»), З.Татарова («Сердце поэта», «Море Черное, родное») — Муртаза Меметов («Бу гедже»), Индира Чалбаш («Кипарис») — Эмирусеин Шаган («Кайсыну Кулиеву»), Арсен Ягъяев из Херсонской области («Халкъым максадкъа етер»), Рефат Чайлакъ из Абинска («Бирлик ве куреш», «Яшасынь адетин»). Весь вечер стихи сменялись музыкой — народной и написанной на стихи С.Эмина. Свое стихотворение «Ана топракъ» он прочел вместе с Э.Татаровым (1931 г.р.) и К.Куку(1932 г.р.). Оба сейчас живы и здоровы, первый живёт в Ялте, второй — в родном Кореизе, оба- члены Милли Фирка.

В конце вечера Сеитумер Гафарович прочел несколько своих стихотворений на крымскотатарском и русском, затем отвечал на многочисленные вопросы переполненного зала (люди сидели за недостатком мест, в проходах и на принесенных скамейках у входа). В завершение вечера прозвучал призыв всем прийти на траурный митинг 18 мая и активнее соучаствовать в работе национального движения.

Этот день рождения, организованный инициативными группами Новороссийска, наполнил сердце поэта огромной энергией зрительного зала и искренних пожеланий в его адрес. Этот творческий вечер запомнился и старым и молодым. Первым он придал силы и укрепил их веру в том, что народ вернется в Крым. Для вторых он был беспрецедентным, информационно- насыщенным и нравственно мощным уроком любви к родине и народу.

Событием было и выступление Сеитумера Эмина на 1 съезде Татарского Общественного центра (ТОЦ), куда он был делегирован в составе небольшой группы от Краснодарского края в начале 1989 г. Эта поездка, как помнится, очень воодушевила нашего старшего соратника и придала ему новых сил.

С 1991 г. С.Эмин жил в Симферополе (семья оставалась в Новороссийске). Он активно публиковался в национальных изданиях — газетах «Достлукъ», «Янъы дюнья». Сотрудничая в Республиканской (АРК) Книге памяти, собрал, отредактировал и сумел издать отдельной книгой на крымскотатарском языке все выявленные имена воинов — крымских татар, погибших или пропавших без вести в период Великой Отечественной войны (1941-1945). В свое время он передал в редколлегию газеты «Арекет» копии информаций народных представителей в Москве за период с июня 1965 по 1982 гг. Большая часть этого материала была опубликована. Кроме того он передал материалы по периоду 1941-1944 гг., отражающие историю партизанского движения в Крыму.

С ноября 1990 г. я живу в Ялте. Дважды Сеитумер Гафарович приезжал к нам. В первый раз, чтобы принять участие в общеялтинском празднике Хыдырлез, состоявшемся 6 мая 1993 г. на праздничной поляне над мрн. Чатал-Кая. Тогда он выступил перед соотечественниками, прочел свои стихи. Второй раз — в конце осени 1994 г. (тогда было написано стихотворение «Бахчисарай», опубликованное в № 1(38) от 05.02.1995г.) Позже мы неоднократно, хотя и нерегулярно, встречались в Симферополе. Последняя запомнившаяся встреча — это когда Сеитумер Эмин ездил с нами в Воинку на похороны Ахсеита Сеитмеметова 9 июля 2001 г.

Вскоре обстоятельства заставили его уехать к семье в Новороссийск. После того мы обменялись 4-5 письмами. В частности, весной 2003 г. он прислал мне свои новые неопубликованные стихи, разрешив напечатать в информационном вестнике НДКТ по моему выбору, что и было сделано (см. «Арекет» № 5 (134) от 14 мая 2003г. Тогда мы в последний раз поздравили его с днем рождения — а менее чем через год, в пору новолуния и весеннего равноденствия, он покинул этот мир).

Сеитумер Эмин, чьё творчество ещё ждёт своего вдохновенного и компетентного исследователя, создал много драгоценных строк на крымскотатарском и русском языках, в которых запечатлено его уникальное мировоззрение, его любовь в к родной земле и народу. Афористичность и энергетическая заряженность его многих стихов, которые еще в далекие 1980-е стали для меня девизом и остаются поныне не умолкающим и ободряющим призывом к добронравию и созиданию, не перестаёт изумлять. Вот вам пример:

Не бойся в жизни срывов и ошибок,
Забудь покой, в покое нету прока.
Всю твою горечь, раны и ушибы
излечит обретенная дорога.

После того, как Сеитумер ага ушёл из жизни, я многократно возвращался и возвращаюсь в памяти своей к тем восхитительным временам, когда мы вместе рассуждали о прошлом, пытались разобраться в настоящем и мечтали о будущем на родной земле.

Как-то, в дни 85-летия со дня рождения моего учителя и друга, я спросил себя: какую-бы эпитафию мог бы предложить в память о Сеитумере Эмине.

Ответ получился такой:

Твой стих, Эмин, не умирает.
В устах народа вновь и вновь
Звучит, искрится;
Оживает
К земле родной твоя любовь!

Асан ХУРШУТОВ,

член Кенеша Милли Фирка,
г. Ялта

22 марта 2011 г.